Гоблин. Том 6 – Секта полностью

Но это было не всё: старик навесил на самого Крула кучу печатей, значения которых мальчишка не знал. Этому его не учили. И эти печати бесследно впитались в его тело, и даже когда Крул вырос и стал сильным Практиком, он не мог ощутить печатей. Либо они растворились, либо стали его частью.

Учитель говорил, что Печати — это универсальный, но очень сложный инструмент взаимодействия с энергией, а техники большинства Практиков — лишь жалкое, урезанное подобие Печати.

Но это было следствием несовершенной человеческой памяти. Обычные люди просто не могли запомнить такие сложные конструкции и воспроизводить их одним мысленным усилием. Потому что всего одна ошибка в построении Печати — и энергия может взорваться, навредив самому Практику. Для большинства это было слишком опасно и ненадежно.

К сожалению, Абсолютную Память нельзя натренировать, и Крул это понимал. Это просто дар: ты либо рождаешься с ним, либо нет — третьего не дано.

О том, что старик был иномирцем, Крул догадался по обрывкам информации, которую изучал в Ордене: он сопоставил то, что учитель слишком часто говорил о Черном Хребте, и записи Ордена о странных, изредка появляющихся в регионе Черного Хребта иномирцах огромной мощи. Собственно, Орден знал о том, что Черные Хребты являются своеобразной границей мира и соприкасаются с соседним.

Крул знал всё то, что было в архивах Ордена, — с его памятью этот архив, считай, лежал в его голове и был всегда с собой.

Эти знания не были доступны рядовым членам Ордена, но он быстро поднимался. Очень быстро. И попасть сюда, в Черные Хребты, он хотел давно, но случай представился только недавно.

Это место ему нравилось — тут всё решала сила. Чистая сила. А у него она была. И не только у него. Мысль вернулась к Марете, которая и устроила весь тот беспорядок в Ордене. Нет, понятное дело, Старейшины были тоже виноваты, но они лишь склонились перед тем, у кого была большая сила, а значит, причины так считать у них были.

Ладно, — подумал Крул, — с Маретой я успею разобраться. Пусть границы ее силы мне и неизвестны, но неспроста же она сама не показывается наружу, не зря прячется и действует чужими руками? Значит, боится. Не меня, конечно, а кого-то другого. Но сути это не меняет. И эта Аллара…Что ж, Печати я ей ослабил, вот только тварь она явно непростая, и ее возможности выходят за ступень ее развития, которую я вижу. В последний раз она говорила о каком-то Законе Смерти — что это? В записях Ордена ни о чем подобном не было ни слова…Что за Законы? Или эта девка просто сходит с ума? И почему я ощущаю иногда от нее опасность? Это ненормально. В ней нет такой силы, которая бы могла мне навредить, и тем не менее…Опасность точно есть — так что же это? Заложенное в ней плетение? Или что-то другое? То, что должно активироваться в момент «чего-то»? Ее смерти? Почему тогда она это не использовала? Не было возможности? Или не могла? Или это связано с тем самым Законом Смерти, о котором она говорила? Может, они так называют какую-то мудреную технику?

Крул понял, что нащупал если не верный, то близкий ответ.

Ладно… Об этом потом, сейчас есть кое-что более важное.

Еще утром молодой глава заготовил стопку бумаг с самыми простыми подобиями печатей. Ненастоящих, конечно. Он придумал для новоприбывших тест. Текст на память. Абсолютную память.

Ему были нужны свои ученики-помощники, обладающие способностями к Печатям. Им бы было достаточно ограниченного набора Печатей для выполнения своих функций. Функций-подпорок. Это дало бы Крулу еще большие возможности.

Что ж, посмотрим, на что способны эти трущобники, и есть ли среди них кто-то с Абсолютной Памятью?