— Ох, и тяжело бедной девушке в вашем мире карьеру сделать! Особенно, если она честная, — нежно скрипнула жемчужными зубками Алая. — Ну, уж я его родимого поцелую! Век не забудет!
— Ну, чего вы там? — нетерпеливо скрипнула трубка. — Пущай цалует скорее, а то мне некогда. Меня сама Емелина, может, дожидается, тоже, наверное, цаловать будет. Популярный я! Звезды зажигаю, как хочу и где хочу.
Алая Целовальная Челюсть скривилась, брезгливо чмокнула раскрытую коробочку «Самсунга» и тотчас же сплюнула в грязный московский снег. Василий обтер телефон носовым платком и приложил к уху.
— Ну, как? — спросил он. — Проняло? Пускаешь нас в шоу-бизнес, гад трескучий?
— Входите, — полузадушено донеслось из трубки. — Я вас ставлю сразу после примадонны, нет, после этой, как ее, Дедкиной. В гала-концерт! Как вас записать?
— Рок-группа «Страстный зуб», — сказал Василий. — Да распорядись насчет клипа и чтобы по первому каналу, в крайнем случае, на НТВ, понял?
— Как-как? — заклацало в трубке. — «Страстный Зуд»? Клево! На это могут клюнуть.
— Не «Зуд», а «Зуб», — орясина ты костлявая, одернул его рок-гусляр. — Чем кусают. Повторяю по буквам: «Заппа», «Уриа Гип», «Биттлз».
— Понял. «Зуб». В смысле, «Страстный Зуб». Тоже ничего, — отозвался Кащей. — Только мои тридцать процентов, включая пиратку. А как насчет рекламы зубной пасты?
— Перебьешься, — отрезал рок-гусляр и отключил трубку.
Так рок-гусляр Василий начал прогрызать себе дорогу в мир шоу-бизнеса. Я бы мог написать, что он процеловал себе дорогу, одним единственным поцелуем, да и то в телефонную трубку, но это будет верно только отчасти, потому что в шоу-бизнесе, как и в любом другом, все начинается с поцелуев, а заканчивается грызней. А Целовальная Челюсть, хоть и выделялась на фоне своих подруг нежностью и чувствительностью, но была все-таки укомплектована зубами самого Великого Орка, и кусаться умела — ой-ой-ой как!
Вамп-секретарша Телла была честной девушкой. Настолько, насколько вообще может быть честной секретарша, то есть, она верно служила боссу, пока тот ей платил, и в то же время, с полным сознанием собственной правоты, могла его сдать, если босс переставал платить, или, каким-то иным способом портил с ней отношения. Вообще, честные секретарши не такая уж большая редкость, во всяком случае, гораздо меньшая, чем секретарши, влюбленные в своих боссов. Справедливости ради стоит заметить, что секретарши, влюбленные в своих боссов, встречаются все-таки чаще, чем жены, влюбленные в своих мужей. Но это так, к слову…
Покопавшись в базах данных, подключив милицию и прочие доступные органы немассовой информации, созвонившись и встретившись с несколькими знакомыми преступными авторитетами, Телла убедилась, что собирание компромата на невесть откуда выскочившего политика Даниила — дело совершенно бесперспективное. А именно — те, кто Даниила не знал, и сказать о нем ничего не могли, а те, кому доводилось с ним встречаться, говорили только хорошее, словно Даниил приходился им незабвенным дядей самых честных правил, удивительно вовремя оставившим неплохое наследство. Такое поразительное единодушие в позитивной оценке какой-либо, пусть незначительной политической фигуры, само по себе являлось подозрительным. Со стороны казалось, что репутация Даниила была подобна только что построенной и сданной в эксплуатацию совершенно без недоделок египетской пирамиде с наглухо замурованным входом. Снаружи все прочно и скромно, хотя и величественно, но без лишних понтов, а вот внутрь — никак не попасть. И даже факт отсутствия жены и ангелоподобных детишек не мешал полной положительности имиджа братца Даниила. Напротив, он почему-то придавал в глазах окружающих этому образу холостяцкой мужественности и никак не провоцировал на сомнения в правильности ориентации.
Итак, изучаемый на предмет наличия компромата объект был либо совершенно чист — во что Телла ни капельки не верила — либо наглухо закрыт для исследования. Прямо-таки, колдовство какое-то! Впрочем, именно колдовством здесь и попахивало, а ничто так не привлекает женщин, а тем более, вамп-секретарш, являющихся по-определению существами мистическими, как запах колдовства. Поэтому, памятуя о том, что любой компромат, вообще-то говоря, проще создать, нежели отыскать, Телла приняла меры, чтобы организовать случайную встречу с компрометируемым объектом.
