«Враг легко отражал все трудные попытки продвинуться вперед, — вспоминает М.И. Казаков. — Мы только еще больше ослабляли себя, растрачивая и без того скудные силы… 25 февраля наступление 69-й и 3-й танковой армий выдохлось и замерло на рубеже Рублевка — Чутово — Староверка. Но штаб фронта не хотел мириться с этим. Через несколько дней 69-я армия получила приказ о возобновлении наступления в юго-западном направлении с целью овладения Полтавой… На какой успех могла рассчитывать 69-я армия при наступлении на Полтаву? Рискованно было предпринимать такое наступление, имея на фланге в районе Карловка и Красноград крупную танковую группировку противника». Задачу на овладение Полтавой получил и генерал Москаленко. В переданном ему боевом распоряжении утверждалось, что для этого сложилась самая благоприятная обстановка, а «значительные силы противника» уже начали отход. 40-я армия все больше «проваливалась вперед» с необеспеченными флангами, полоса ее наступления перевалила уже за 200 километров, а разрывы фронта слева и справа достигли 50 километров: «Это было только началом целой серии трудновыполнимых приказов… Нет слов, замыслы командования фронта были хорошие, но, к сожалению, нереальные. Они не могли быть осуществлены имеющимися в наличии силами и средствами… К сожалению, даже в условиях резко усилившегося давления противника с юга и юго-запада командование фронта продолжало верить в то, что к западу и северо-западу от Харькова он отводил свои войска за Днепр. Это видно хотя бы из того же боевого распоряжения от 26 февраля, требовавшего от 40-й армии максимального продвижения на запад, овладения г. Сумы и затем г. Полтава». Правофланговая 60-я армия упорно двигалась к Рыльску.
Пока в советских штабах предавались иллюзиям, эсэсовские дивизии 27 февраля, после ожесточенного трехдневного сражения, отбили Лозовую, сутки спустя — Отрадово и Алексеевку. (В этих боях нашел свою погибель один из самых одиозных и жестоких эсэсовских командиров, инспектор концентрационных лагерей, командир сформированной из отрядов лагерной охраны дивизии СС «Мертвая голова» обергруппенфюрер Эйке. Самолет, на котором вождь нацистских вертухаев облетал поле боя, был сбит зенитным огнем у деревни Артельное. Новым комдивом был назначен Макс Зимон.) 333-я пехотная дивизия захватила Красноармейское. В руках немцев вновь оказались Славянск и Краматорск. 7-я танковая дивизия фон Франка вышла к Северскому Донцу южнее Изюма. Слева к реке выкатывался 57-й танковый корпус Кирхнера.
Войска правого крыла Юго-Западного фронта под непрерывными ударами с земли и с воздуха беспорядочно отходили на левый берег Донца. Это был разгром. От подвижной группы Попова осталось 20 танков, значительный урон понесла 1-я гвардейская армия. Но в нашей военной истории, операция «Скачок» трансформировалась в Ворошиловградскую наступательную операцию, поскольку вышло так, что не выполнившая поставленную задачу армия Лелюшенко добилась наибольшего территориального успеха. И датой окончания операции считается 18 февраля 1943 года. На эту же дату подсчитаны потери. Все, что имело место быть после этого, никакого названия не удостоилось, и потери никто не считал.
Поэтому обратимся к докладу командования 4-й танковой армии от 28 февраля:
