— Скажи Родион Филипыч, когда тебе легче жилось, при царе, поляках или сейчас? Но "хитрый полещук" на мой вопрос не повёлся, ответил уклончиво. "И при царе плохо жилось, при панах и вовсе мрак, да и сейчас не сахар".
— Но всё же, допытывался я, можешь же сравнить, когда тяжелей жить было, а когда легче, но прямого ответа, так и не получил.
— Ну хорошо, а сейчас-то, что больше всего не устраивает, а Родион Филипыч? Решил я упросить вопрос, но какие-то свои умозаключения и выводы, он вслух оглашать категорически отказывался, отделываясь общими фразами:
— Ну ты спросил инженер, это когда ж крестьянину легко жилось? Крестьянину завсегда трудно живётся. Вот ведь хитросделаный пейзананин, ладно мы с другой стороны зайдём, будем совсем простые вопросы задавать. Для начала решил выяснить насчёт паспортов, хотя и так не сомневался, что все рассказы будто колхозникам специально не выдавали паспорта, что бы держать их в положении рабов, не более чем "либерастический миф". Я сам во времена СССР паспортом годами не пользовался, просто не нужен он был для повседневной жизни. Хоть на самолёт, хоть на поезд, хоть на междугородний автобус, билеты тогда без него продавали. Если и нужен был паспорт, то только если переезжал на новое место жительство для прописки, когда женился, что бы штамп поставили, при устройстве на работу, или поступление в какое-то учебное заведение. Ах да и в гостинице когда останавливался он нужен был. Вот с этого и начнём, спрашивать.
— Скажи, Родион Филипыч, у тебя паспорт есть?
— Нет. А на кой он мне?
— Мало ли, вдруг куда поехать захочешь, разве тебе паспорт не нужен совсем? Вот в той же гостинице остановиться к примеру?
— Ну еже ли в городе работать устроится, тогда нужен конечно. На рынке, базаре или в "доме колхозника" его не спрашивают, главное за койку заплати и за торговое место.
— Это что же, колхозникам совсем, совсем паспорта не нужны? Родион Филиппович поскрёб пятернёй затылок, подумал и сказал.
— Иногда нужны, вот младшему моему Прошке, осенью выправили паспортину, да. Он в техникум поступил, на агранома. У Любки паспорт есть, она же в столовой работает, трудовую ей тоже там сделали.
— Понятно, а кто выдаёт паспорта?
— Известно кто, председатель. Даст распоряжение и в правлении выпишут.
— А может председатель отказать тебе в выдачи паспорта? Родион Филиппович поскрёб пятернёй уже бороду и сказал.
— Может.
— А на каком основании, ты же не его собственность? Может ты уехать куда хочешь.
— Ну ты инженер и тёмный! Я же колхозник, созовёт собрание и поставит вопрос на голосование, выдать Филипычу паспорт или нет, уехать он хочет. Вот сейчас наши точно проголосуют против, да и я бы тоже против голосовал, если кто сейчас уехать захочет. И так большую часть мужиков в армию забрали, кто работать будет?
— А почему? Объясни, я не понимаю, почему ты против голосовал бы, если кто сейчас уехать захочет?
— Да как же? Кредит то у государства под урожай, колхоз взял? Взял. Машинотракторной станции заплатили за работу? Заплатили. Посевное зерно купили? Купили. Вот и выходит, что пока урожай не соберём, с государством не рассчитаемся, никакие рабочие руки лишними в колхозе не будут. А потом в ноябре, пусть кататься куда хотят.
Так простыми вопросами, слово за слово, я и вытащил из Родиона Филипповича, всю информацию о нынешнем состоянии дел с колхозами и колхозниками. Должен сказать, что многого я просто не знал, или не догадывался, о многом имел совсем неверное представление.
Вот к примеру, вы знаете что такое трудодень? Я вот думал что это "трудовой день", честное слово! А оказывается, что трудодень — это не рабочий день, а определенный объем работы, так сказать норма выработки! Ну там скосить определенную площадь, прополоть или вспахать. Трудолюбивый колхозник, или как сейчас говорили "передовик", мог заработать в день десятки трудодней. Вот поэтому у Любы и было "трудодней" в зачёте больше, чем у отца с матерью вместе взятых.
