Год быка--MMIX полностью

То есть мас­совый чита­тель и зри­тель постепен­но пере­живает ту же эволюцию, что и твор­че­с­кая лич­ность самого Автора в своё время. Стоит ли в таком случае удивляться, что в душах членов нашего Мас­солита под влия­нием образов Романа про­будились ипос­таси либера­льного демагога Ко­ровьева или алчного шута Беге­мота. И не про­сто про­явились, но как всякая овладева­ющая мас­сами живая идея, стали движущими силами соци­а­льной дей­ст­вите­льности.

Да, какое-то время Мас­солит как ново­е мас­совое воплощение твор­ческой лич­ности Булгакова был занят тем, что догонял своего Автора в духовном раз­витии. Однако рано или поздно какая-то на­иболее раз­витая и энергичная часть Мас­солита должна была не то­лько дог­нать, но и пойти дальше, оставив позади тех, кому ближе ипос­таси свиты Воланда, а не сам Творческий дух. Есте­ствен­но ожи­дать, что это да­льнейшее раз­витие будет иметь своего соб­ствен­ного лидера.

Вообще говоря, отличить гения от про­стого городского сумас­шедшего не так-то про­сто. По внешним признакам это трудновато, особен­но если оцени­вать будут люди неискушён­ные. Дело в том, что необ­хо­димым условием любого творче­ства, а тем более гения является отре­шение от суеты и по­г­ружение в глубины того самого «кол­лектив­ного бес­созна­те­льного», где и про­исходит его диалог с твор­ческим духом, точнее – ипос­тась мастера внемлет ипос­таси твор­ческого духа. Соб­ствен­но, обы­чные сумас­шедшие тоже ныряют вглубь себя, но потом не выныривают или не доныривают. Поско­льку про­сто не хватает духовной энергии. А гений не то­лько выныривает, а приносит твор­ческий про­дукт, красоту и духовное воз­дей­ствие которого могут достойно оценить окружа­ющие. Имен­но поэ­тому афинская демо­кратия осуждает Сократа на смерть, и иудейский Синедрион тоже категори­чески не согласен с Пилатом насчёт душевной болезни Иешуа.

Однако до тех пор, пока твор­ческий гений находится то­лько на пути к откровению и истолко­ванию своего учения, то выглядит он, по крайней мере, юродивым. Ну, сами подумайте, станет ли но­рма­льный человек всерьёз заниматься наукой, да ещё гума­ни­тарной, когда вокруг открыва­ется сто­лько неза­бываемых воз­мож­ностей и аттракционов? Можно поуча­ство­вать в собачьих бегах демо­кра­ти­ческих выборов или петушиных боях политтехнологов. Можно с удоволь­ствием и пользой для се­мьи сыг­рать в раз­нообразные финансовые пирамиды. Можно блеснуть на телевизион­ной ярмарке тщеславия. Можно, наконец, побегать в казаки-разбойники на стороне одной из мафий.

Хотя, кто сказал, что тот, кто хочет уз­нать законы обще­ствен­ной жизни, во всём этом не дол­жен уча­ство­вать, хотя бы в каче­стве заинтересован­ного наблюдателя, а то и консультанта. Во всяком случае, Автор доста­точно ясно намекает нам на чередо­вание стадий раз­вития. Например, на 6-й и на 8-й стадии, а потом на 11-й и на 13-й стадии Иван Бездомный изолирован от внешнего мира, погру­жён во внутрен­ние пере­жи­вания и, наконец, получает необ­ходимое общение с твор­ческим духом. А в 7 и 9, 10 и 12 главах свита твор­ческого духа занята вос­пита­нием внешней части твор­ческой лич­ности Бул­гакова, рас­творив­шейся в мас­се поклон­ников и последо­вателей.

Возможно, самый главный вывод из толко­вания 7 главы, которое нам подсказал Автор, – это рас­крытие законо­мерного механизма реинкарнации твор­ческого духа. На первый взгляд, этот фокус с выдерги­ванием карты из причудливо тасуемой колоды дей­ст­вите­льно выглядит мисти­чески. Твор­че­ский дух изредка посещает одну и ту же страну и с регуляр­ностью примерно лет в сорок поселяется в той или иной лич­ности. Лич­ности эти, вроде бы, даже не связаны кровным род­ством по прямой ли­нии, а то­лько род­ством духовным, психо­логи­ческим. В них под дей­ствием творче­ства предше­ствен­ников про­сыпа­ются и живут те же самые духовные сущ­ности, ипос­таси.

На опреде­лён­ной стадии раз­вития Мас­солита, когда созревают благоприятные для духовного раз­вития условия, воз­никает мас­совый интерес к твор­ческому наследию гения. Вспомним, между смертью Пушкина и мас­совыми тиражами его про­изве­дений про­шло 50 лет. Так что участь твор­че­с­кой лич­ности Булгакова, ждав­шего своего часа всего четверть века, даже более благоприятна. Твор­че­ский дух писателя или учёного вос­питывает, ведёт за собой в духовном раз­витии своих читателей, среди которых обяза­те­льно находится про­должа­тель твор­ческой традиции, новый гений, способный достичь того же уровня и пойти дальше. И никакой мистики, одна лишь точная наука психо­логия.

Вот такая вполне научная законо­мер­ность раз­вития твор­ческих сообще­ств была скрыта от нас под про­стеньким фельетоном о пьянице и дебошире Стёпе Лиходееве. А это всего лишь то­лько 7-я из 32 глав. Какие открытия могут ожидать нас дальше?!