— Я не знаю всех причин, по которым ваша мама водила вас к врачу. Вы пришли помочь с ремонтом? — не дожидаясь ответа, директриса развернулась к выходу. — Я покажу вам, что делать.
Следуя за ней, я сверлила взглядом ее спину. Суббота… чего ж вам дома-то не сидится?
Мы прошли мимо кабинета биологии (мое сердце замерло) в кабинет физики.
— Вон кисти, вон банки с лаком, вот газеты, чтобы не закапать пол. Покрасьте все парты и на сегодня будете свободны, — директриса критично осмотрела мою белую маечку и брючки-капри. — Вероятно, после работы эту одежду вам придется выбросить.
Она удалилась, оставив меня тоскливо осматривать бесконечные ряды парт. На телефоне Деструктора я набрала собственный номер:
— Даже не думай, что оставишь меня с этим.
Деструктор явился через пятнадцать минут — долго же он шел из соседнего кабинета.
— Я нашла кроссовки.
— Поздравляю. Теперь ты можешь выдвинуть им обвинение, — Деструктор отколупнул крышку с банки, понюхал лак и поморщился.
— Не смешно. Что дальше будем делать?
— Это ты у нас Шерлок Холмс, я всего лишь доктор Ватсон. Добровольно-принудительный.
— Мне всегда казалось, что доктора Ватсона недооценивают, — протянула я, окуная кисть в лак и проводя ею по парте. От кисти сразу же отделились несколько волосков и намертво прилипли к поверхности. — Он бегает, как савраска, выполняет самую черную и скучную работу, попадает в опасные ситуации, а вся слава достается Шерлоку.
— Я приложу максимум усилий, чтобы этого не повторилось в нашем расследовании.
— Ты приложишь максимум усилий, чтобы ничего не делать?
— Именно. Ну что, тебя уже осенила блестящая идея?
— Нет.
Мы покрасили парту, и две, и три, и я уже отупела, надышавшись испарениями лака, а идея так и не пришла.
— Мы находимся в школе, — не выдержал Деструктор. — А здесь ведут…
— … уроки.
— Да нет же. Заполняют…
— … знаниями головы учащихся.
— Отмечают…
— … День учителя и День знаний. А, еще есть День здоровья.
Деструктор застонал, сраженный моим идиотизмом.
— Посмотри в журнале!
— Что посмотреть?
Деструктор спрятал лицо в ладонях.
— Точно, — дошло до меня. — Я же могу посмотреть, кто из 5 «Б» пропускал занятия утром четверга. Следы у подоконника оставили два человека, так что если отсутствовала сразу пара, то…
— С озареньицем, — кисло поздравил Деструктор.
— Где учительская?
— На третьем этаже.
Я решительно направилась к двери, но вдруг резко остановилась.
— Только один вопрос… как эти неизвестные — назовем их X и Y — попали в кабинет? Они не могли сделать это ранее, чем принесли макет — как бы тогда они его украли? И не могли сделать после того, как из кабинета ушел ты — ведь учительница заперла кабинет и передала ключ директору.
— Может, когда в кабинет внесли злополучный макет, дверь оставили открытой.
— Да, вероятно, — я шагнула в коридор, но сразу развернулась. — Я вспомнила: директриса упоминала, что завхоз запер дверь за собой.
— Она свечку не держала.
— Верно. Но чуть позже тебе, чтобы попасть в кабинет, пришлось украсть ключ с вахты.
— Они тоже могли стянуть ключ, а потом вернуть его. И следом его взял я.
— Однако растяпистая у вас вахтерша… но могло быть и так, спасибо, — я вышла из кабинета, прошла десять метров и вернулась.
— Что еще? — закричал Деструктор.
— Одна маленькая деталь не дает мне покоя… У них есть ключ… но они запирают кабинет, выпрыгивают через окно, возвращаются в школу и относят ключ на вахту. Если они хотели оставить школу незаметно, зачем относить ключ, ведь вахтерша могла их заметить? Бросить его где-нибудь, да и все. И пропажа макета бы обнаружилась не сразу. Если же они не опасались, что будут замечены, почему тогда не вышли через дверь?
— Я не знаю, — раздраженно ответил Деструктор. — А может, нам следует просто забыть обо всем этом и пойти домой?
— Ну уж нет, я только вошла в раж.
— Да ты с утра неадекватная.
На пути в учительскую мне встретились рабочие, но я приняла максимально невинный вид. К счастью, в самой учительской никого не было. Вот и журнал 5 «Б» класса, в синей глянцевой обложке… Четверг, восьмое сентября. Первым уроком был английский. Отсутствовала одна девочка по болезни. Далее следовала литература, которую проигнорировали некие Антонян и Веничкин. В тот день в школу они уже не вернулись. Я полистала страницы. Эти двое частенько прогуливали занятия вместе. Не наши ли это X и Y? Интересно… если Деструктор прогуливал второй урок, и эти двое прогуливали второй урок, и все трое отсиживались в кабинете биологии… как они умудрились не встретиться?
Шаги! Я бросила журнал на место, но убежать не успела. Директриса! Ноздри раздуваются, копыто загребает землю.
— Опять вы!
Я могла бы сказать то же самое.
— Снова мышь?
— Нет, кошка. Слышите — мяучит? А все, перестала.
Суровое лицо директрисы внезапно смягчилось.
— К зрительным галлюцинациям у вас добавились слуховые. Как закончите работу, идите домой.
— Ну что? — набросился на меня Деструктор, когда я вернулась в кабинет физики.
— В очередной раз наткнулась на директрису, — я рассказала отягчающие подробности, чем ввергла Деструктора в депрессию.
