Алексей хотел сначала ответить, что ему ничего не нужно, что таков его священный долг… Но передумал. Он решил взять то, от чего басанту не обеднеют, а ему пригодится. И сказал, что не откажется от самоцветов и золотого песка. Он видел, что басанту добывают и используют для украшений драгоценные камни. Алексей не особо разбирался в них, но ему показалось, что он узнал коньячного цвета алмазы, фиолетовые оттенки рубинов, синий отлив сапфиров.
— Они помогут мне выполнять поручения Спящих.
— Посланник, мы дадим тебе столько золота и самоцветов, сколько потребуется, — пафосно заявил Пфир.
— Мне хватит мешочка самоцветов и мешочка золота.
— Почему так мало? — удивился шаман.
— Я Посланник богов, а не фраер. Не хочу, чтобы меня жадность погубила, — с улыбкой ответил Алексей.
Вождь отдал распоряжение выполнить просьбу Посланника. Алексей же стал собираться в дорогу. Тут уж всё просто — одежда, харчи в дорогу.
Басанту соорудили для Алексея лодку из деревянного каркаса, обтянутого кожей. С одним простым веслом. По горной реке он спустится в степи и по степной части Удола доплывет до земель олавичей.
Он уже почти собрался в дорогу, когда прибежал один из охотников и сказал, что с ним хочет попрощаться Шама.
Ах да, его спасительница. А он совсем забыл о ней.
На морщинистом лице Шамы играла лукавая улыбка.
— Здравствуй, Посланник. Не забыл старую Шаму?
— Помню. Жизнью тебе обязан, — глухо произнес Алексей, чувствуя за собой вину. — Как я могу тебя отблагодарить?
— А ты уже отблагодарил. Когда избавил наш народ от чепако. Не думала я, что ты сможешь сделать то, что не сделал бы никакой придуманный тобой посланник. А я считала, что ты выдумал его, чтобы спасти свою жизнь. — Шама с хитрым прищуром посмотрела на Алексея. — К счастью, я ошиблась. И теперь ты уходишь. Именно тогда, когда ты стал действительно посланником богов и можешь править басанту по своей прихоти. Я ошиблась в тебе дважды. Поэтому я хочу сделать тебе подарок. — Старуха начала рыться в своей сумке.
Покопавшись немного, она извлекла небольшой и с виду легкий сверток. Своими ловкими пальцами Шама развернула его и встряхнула на руках. Это было похоже на тоненькую нейлоновую футболку светло-серого цвета.
— Это — кольчуга. Ты не смотри так недоверчиво. Она сплетена из паутины редчайшего паука фраха. Раньше они изредка встречались в южных предгорьях. Последние десятилетия они никому не попадались, потому сейчас таких доспехов ни у кого нет. Кольчугу, сплетенную из паутины фраха, невозможно ни пробить стрелой, ни разрубить мечом. Надевай только под нее рубаху потолще, чтобы кости внутри не поломало, и за тело можешь не беспокоиться. Я надеюсь, что она однажды спасет тебе жизнь и ты вспомнишь старую Шаму. Береги себя.
Алексею ничего не оставалось, как поблагодарить старуху и тепло с ней попрощаться.
— И всё-таки жаль, что ты не остался. Басанту процветали бы с таким правителем, — напоследок прошептала Шама.
«Ну что же, в путь. Так, вроде бы ничего не забыл. Меч, одежда для зимы, запас еды — недели на две хватит. Самоцветы и золото взял. Ах, чуть не забыл». — Алексей сбегал в свою бывшую пещеру и забрал оттуда плотно закупоренный и завернутый в материю небольшой сосуд с ртутью. Вдруг пригодится когда?
На берегу горного потока собрались почти тысяча басанту. Все хотели попрощаться с Посланником богов. Под пристальными взорами Алексей погрузил в лодку все свои вещи и заскочил сам.
Потом он повернулся в сторону берега и поднялся во весь рост. И встретился с полными сожаления взглядами провожавших. «Наверное, нужно сказать какую-то напутственную речь». Но, как на зло, ничего не приходило в голову. Вертелось, правда, что-то вроде «Плодитесь и размножайтесь!».
— Друзья, — наконец произнес он, — на богов надейтесь, но сами при этом не плошайте. В своих величественных снах боги не всегда видят мелкие дела махоньких людишек. Но о несправедливости они узнают всегда, рано или поздно. Живите мирно, трудитесь — и боги будут вам помогать. Спасибо вам за гостеприимство. Теперь у вас всё будет хорошо. До встречи!
Отчаливал Алексей под многочисленные приветственные голоса.
Сильных порогов по пути не попадалось, поэтому река его вынесла через два дня из гор. В степи снега было мало, и погода стояла сравнительно теплая, хотя Алексею довелось вновь облачиться в зимнюю одежду. «Какие же странные места, однако, — думал Алексей. — Всего в двух днях пути отсюда царит вечная весна. Наверно, горы вокруг создают такой микроклимат в долине басанту».
Один раз на берегу расширяющейся реки он увидел скопление глиняных хижин, скорее всего зимнюю стоянку монгов. Но, к счастью, уже стемнело и одинокую лодку, плывущую посередине широкого русла, никто не заметил.
Перед началом лесостепи, где начинались земли олавичей, Удел теперь был скован льдами. Алексею пришлось перегрузить всю свою нехитрую поклажу на собственный горб и дальше топать пешком по неглубокому снегу вдоль реки. Потом он вообще пошел по льду, поскольку с него посдувало снег и так было легче идти — не проваливались ноги.
