Я направлялся в Авию. Там мы могли бы перегруппироваться; возможно, мы оказались бы рядом с Рейчизом.
В шесть утра мы пересекли границу. Часом позже мы замедлили шаг. Лошадь Свэллоу почти взбесилась от боли. Между нами и Насекомыми был Молния, а под ногами звенели отшлифованные булыжники рейчизуотерской мостовой, и я облегченно вздохнул — самое страшное позади.
— Мы бросили нашу пехоту, — простонала Свэллоу. Она чувствовала себя предательницей.
— Не думай об этом. Мы и сами еще не в безопасности.
— Они все погибли. И смерть их была ужасна. Это моя вина.
Я вспомнил слова Молнии о том, что все заекай умирают, это лишь вопрос времени. Я не мог помочь Свэллоу. Темные силуэты слева от дороги, за которыми я наблюдал, превратились в группу Насекомых. Они бежали параллельно нам и немедленно атаковали.
Свэллоу посмотрела туда же, куда и я, и вскричала:
— Да откуда, черт их дери, они появляются? И так близко к городу?
Свэллоу пришпорила свою умирающую лошадь. Галопом мы съехали с дороги и поскакали по ровно подрезанной траве. Мы неслись по ухоженным лужайкам к садам белого дворца Рейчизуотера. Копыта лошадей взбили в пену тихо плескавшуюся возле берега воду озера.
Наша бешеная скачка превратилась в сплошной хаос. У нас не было строя. Отдавать приказы получалось только на пределе голосовых связок. Но орали все. Лошади вставали на дыбы, раненые солдаты стонали. Женщины-солдаты выли. Мужчины звали своих товарищей. Свэллоу собрала вокруг себя группу всадников — ее мощный голос перекрыл невыносимый шум, однако все это было ужасно — особенно бежавшие среди нас Насекомые, которые кусали лошадей за ноги. Казалось, люди со всех сторон мчатся к свету, к стенам дворца.
Возле дворцовых ворот загорелся дрожащий огонек факела. На стенах также появились огни, отражавшиеся в водах озера. Запах дыма и гари был таким сильным, что на мгновение мне показалось, будто дворец горит. Затем я увидел, как из дворца маршем выходят войска — встречавший нас отряд. В руках у солдат были пики, и они выстроились в шеренгу возле стены. Вокруг факела тут же собралось множество наших людей, стремившихся попасть внутрь дворца, и тут я впервые увидел их лица с открытыми от удивления ртами. Ворота были закрыты.
— Свэллоу, — крикнул я. — Будь рядом!
— Что происходит? — в недоумении вопрошала она.
Я не знал, но мне это было не по душе. Солдаты Рейчизуотера держали свои длинные копья в свободном положении. У многих в руках были факелы или лампы со свечками, а у некоторых даже масляные светильники. Тени от пик полосами ложились на мокрую траву. Из сторожевой башни прозвучал какой-то приказ — я не расслышал его из-за шума, — и копейщики сделали шаг вперед. Затем они одновременно подняли копья. Со стороны кавалерии Ондина, внезапно оказавшейся прямо перед остриями пик, раздались возгласы недоумения.
Я натянул поводья своего коня, и он остановился менее чем в метре от ближайшей пики.
— Нет, — закричала Свэллоу. — Нет! Все это неправильно! — Потрясая мечом, она закричала на копейщика. — Эй ты там! Какой у тебя приказ? Что сказал король?
Тот оставался безучастным.
— Почему ты не впускаешь нас внутрь? — Она подавила в себе желание расстроенно всхлипнуть.
Солдат по-прежнему молчал.
Я приблизился к сторожевой башне.
— Не волнуйся, — уверенно сказал я. Это было странное недоразумение, однако я мог с ним разобраться. — Комета взывает к вам от лица императора Сана, во имя Божьей воли я прошу защиты. — Эта моя фраза была наследием прошлых Вестников, и неисчислимое количество лет до меня она никого ни разу не подводила. — Откройте эти ворота! — Ничего не произошло. Я предпринял еще одну попытку. Снова ничего. — Станиэль? — позвал я. — Рейчизуотер! Выйди на стену и поговори со мной!
— Ублюдок, — прошептала Свэллоу, и я не мог понять, кому она это адресовала, Станиэлю или мне.
Там, где свет был слабым, две лошади налетели прямо на копья. Это ознаменовало прибытие людей Молнии. Его стрелки смешались с Насекомыми, и их участь была незавидна. А тварей прибывало все больше и больше. Они покрывали всю землю. Каждое новое Насекомое тут же принималось за работу — кусало лошадей, стаскивало солдат из седел. Кони шарахались от ненавистных тварей, втискиваясь между выставленных пик. Пехотинцы падали на землю, обессилевшие и израненные. Толпа кавалеристов, оставшихся без лошадей, росла; они пятились назад от копий, подталкивая всадников ближе к Насекомым.
Молния заметил ярко-зеленую ливрею Свэллоу и пробился к нам через воцарившийся хаос.
— Следовать за вами было чертовски тяжело, — прохрипел он. — Гончего укусили.
— Он здесь? — спросил я.
— Он где-то в этой куче. К чему все эти копья?
— Я не знаю.
Я с ужасом наблюдал, как солдат в белых доспехах схватился с несколькими Насекомыми сразу.
— Скоро мы положим этому конец. — Молния поднял вверх руку и возвысил голос: — Именем императора Сана, во имя Бога…
— Я уже пробовал это.
— Открывайте! Немедленно! Да вы знаете, кто я? Молния Микуотер. Комета здесь! И губернатор Ондин здесь! Именем императора, впустите нас!
