– Я прочту, если не возражаешь. Очень интересные надписи. Там сказано: кармани эвадхикарас те ма пхалешу кадачана ма карма-пхала-хетур бхур ма те санго´ств акармани. По-русски это будет звучать примерно так: ты имеешь право исполнять свой долг, но твои победы никогда не принадлежат тебе; никогда не считай себя причиной этих побед и не пытайся уклониться от исполнения долга…
Таможню в Дели Игорь действительно миновал без малейших проблем. Всех досматривали, а его почему-то нет. И даже вежливо пропустили вне очереди…
Пока Игорь неподвижно сидел возле могилы Митяя, грач подобрался совсем близко. Игорь бросил грачу остаток своего бутерброда и вздохнул.
– Вот такая сансара у нас с тобой получается, друг мой Раджендра!
С кряхтением поднявшись, Игорь сходил к машине и бережно развернул сверток, упакованный в толстый полиэтилен. Сделал небольшое углубление с правой стороны от могилы и сразу замаскировал его дерном. Один из двух наконечников он оставил себе. Второе копье, судя по всему, принадлежало когда-то Митяю. И здесь ему самое место…
Подтянулись тучки. Стал накрапывать мелкий дождик. Похолодало. Со стороны леса потянуло сыростью, пустотой и каким-то вселенским одиночеством. Игорь забрался в машину и поморщился от неожиданного приступа головной боли. Видимо, сосуды среагировали на изменение погоды. Он опустил голову на руль и вяло подумал, что по возвращении в Омск ему опять придется делать какие-то суетливые движения. Придется искать новую работу. И теперь уже точно никто и нигде не будет его ждать. Разве что Тимофеев…
Когда боль стала отпускать, он выждал еще пару минут, прислушиваясь к тихим голосам дождя и ветра. Потом отжал сцепление и плавно тронулся в горку. Сразу на второй передаче. Впереди у него была еще очень длинная дорога…
