Год Оракула полностью

– Ага, – сказал Уилл. – Именно так.

– Хм. – Тренер задумалась. – Предположение, что ты это подготовил на случай встречи со мной, было бы слишком притянуто за уши. Я только пролистала, но создается впечатление, что произойдет что-то очень плохое, если только ты лично это не предотвратишь.

– Вот именно это я и пытался тебе объяснить.

– Да это ясно. – Тон у нее был раздраженным. – Но ты должен понять: не выполнить задание – для меня это не пустяк. Совсем. Моя марка – задание невыполненным не бывает. Чтобы я просто рассмотрела вариант тебя не убивать, причина должна быть очень серьезной. – Она подняла блокнот. – О чем тут идет речь?

– Конец света, – сказал Уилл. – И времени у нас нет совсем.

– Примерно так я и подумала, – сказала Тренер. – Спасая тебя, я спасаю себя, и мужа, и детей, и внуков, как и намекнула прекрасная госпожа Шор.

Она выглянула в окно, в которое виден был водопад, чуть искаженный неровными стеклами, постучала пальцами по губам.

– О’кей, – сказала она, оборачиваясь к Уиллу и протягивая ему блокнот. – Делай что должен.

Уилл, несколько ошарашенный, взял блокнот.

– Только прошу иметь в виду, что я сюда приехала тебя убивать, – добавила Тренер. – Я тебе не друг. Блеф, фокусы, любая попытка схитрить приведут…

Тренер сделала жест в сторону Грюнфельда, который с легкой угрозой повел стволом.

– Впрочем, я уверена, что до этого не дойдет, – улыбнулась она. – Итак, куда мы едем?

Уилл смотрел на нее, пытаясь придумать уловку, блеф, который поможет им освободиться. Посмотрел на Ли – женщину, которая, вне всяких сомнений, только что спасла ему жизнь. Она глядела огромными глазами, явно надеясь, что он отплатит ей тем же.

– В Денвер, – сказал он.

– Мы уверены, что Китай нарушил воздушную границу Пакистана намеренно, господин президент.

Председатель комитета начальников штабов генерал Айра Блэкмен показал ручкой в середину экрана, занимавшего почти всю дальнюю стену ситуационного центра. Там сейчас был виден спутниковый снимок пакистано-китайской границы, и на этой карте пестрели сухопутные и воздушные боевые подразделения: китайские – красным, пакистанские – желтым.

Сканы все чистые, подумал Дэниел Грин. Но врачи ясно дали понять, что это ничего не значит. Лимфома возникает быстро – сегодня у меня ничего нет, а завтра я одной ногой в могиле.

– Демонстрация мощи как следствие предсказания Оракула о революции через несколько лет. Хотят показать, что все так же сильны, – добавил советник по национальной безопасности.

Грин потянулся за стоящей перед ним кружкой с кофе – полной, черной, – и сделал глоток. Кофе был горячий и прекрасный.

Пусть погибнет мир, но не дай вам бог, чтобы у президента кофе остыл.

– Но они повернули обратно? – спросил Грин, адресуя вопрос сразу всем двадцати советникам в военной форме. – Это не было реальным нападением?

– Да, сэр. Пакистанцы подняли перехватчики, и китайцы ушли через границу обратно, – ответил председатель комитета.

– Так они намерены нападать? – спросил Грин.

Долгая и не очень обнадеживающая пауза советника и председателя.

– Без провокации – нет, сэр.

– Что считается провокацией?

Грин пожалел – почти пожалел, – что отослал Тони Лейхтена. Тот лучше умеет с военными.

– Практически все. Неправильно понятый приказ, случайно спущенный курок… но наиболее вероятно – Торекул ударит своей ядерной ракетой по городу Ут, – ответил советник по национальной безопасности.

– Меч Божий, – сказал Грин.

– Именно он, сэр.

– А мы все еще эту штуку не обнаружили?

– Еще нет, сэр. Наши дроны сканируют регион, ища признаки радиации, но местность этому крайне препятствует. И если она помещена в пещеру или глубокую долину, можем и никогда не…

Дверь в зал распахнулась – и это само по себе было настолько необычно, что все головы повернулись к ней. Вошла секретарь Грина – внушительная дама по имени Мередит – и направилась прямо к нему. Нагнулась и произнесла ему на ухо:

– Телефон, господин президент.

– Видимо, звонок экстраординарной важности, иначе вы не стали бы мне докладывать, – ответил Грин.

Мередит кивнула:

– Некто майор Картер Грюнфельд, господин президент. Он назвал пароль, которого я не знаю: «закат солнца». Будете говорить?

У Грина углы рта дернулись вверх:

– А, «закат солнца». Да. Соедините.

– Хорошо, сэр.

Мередит подняла защищенный телефон, ввела код авторизации и подала президенту.

– Майор, докладывайте. Вы сказали «закат солнца»? Надеюсь, у вас хорошие новости.

– Мистер президент, говорит Оракул, – произнес до отвращения знакомый голос. – Хочу вас попросить об одолжении.

Рука президента сжала телефон так, что края впились в ладонь. Хотелось раздавить эту мерзкую штуку, чтобы осколки брызнули.

– Почему вы думаете, что я каким-то образом заинтересован делать вам одолжение?

– Потому что тогда я буду у вас в долгу. И потому что тогда у меня будет больше желания забыть о похищении в Нью-Йорке и о том, что сегодня вы пытались меня убить.