«Порождение тьмы… такое себе описание. Впрочем, о ничего не знает об этом, наверное».
Даоран продолжал:
– Но сегодня его уже полдня держат на ярком солнце. Он дико зол. Сейчас его спустят с цепи. Твоя задача, воин, посадить его обратно на цепь. Можете посовещаться, конечно, но не слишком долго. Аннаэль, приходите потом в ложу.
Рей застыл как вкопанный, глядя на зверя. «Приплыли. Меня прибьет конь».
Аннаэль упорно пихала его в бок и тянула куда-то в сторону.
– Тихо только. Возьми это, – она сунула в руки Рея какой-то пузырек. – Вылей себе на ладони. Начнет к тебе подходить – сунь руку ему в морду, он тут же присмиреет. Только сам не нюхай, а то свалишься без сил. Все, иди.
Аннаэль побежала к Правителю и заняла место рядом с ним.
А стражи Даорана тем временем выпустили коня и в страхе убежали с трибуны.
– Вперед, Демон! – рассмеялся Даоран.
– Не подначивал бы ты его еще сильнее, – не поворачивая головы к Правителю, тихо откликнулась девушка.
– Почему же? Думаешь, он не справится? – насмешливо откликнулся Правитель. – Я думал, медведи посильнее лошадей будут.
– Справится. Он бы и сам справился, но я дала ему на всякий случай успокоительное для твоего урода. Хотя я не понимаю, зачем это представление. Ты мог просто так принять его на службу.
– Во-первых, чтобы у него не возникло сомнений в собственной исключительности. Сама говорила, парень толковый, но неуверенный в себе. Во-вторых, эти галифаксы, что сейчас наблюдают за ним, разнесут слухи среди своих, что несомненно повысит популярность этого воина среди его отряда. Стоп. Успокоительное. Коню оно не навредит? – обеспокоенно спросил Даоран.
– Не переживай. Ему и нож промеж глаз не повредит.
– Но-но, попросил бы! Ты, конечно, моя любимица, но не надо распускать язык.
– Иначе что? Прогонишь меня снова? Я уйду и заберу с собой Рея. А без него тебе не видать победы в этой войне. Не каждый день к тебе приходит избранник Первоочередного Пророчества и желает биться за тебя.
– Вот именно, – прищурился Правитель. – Моя выгода проста и понятна. Я хочу власти, и я получу ее с помощью этого воина. Но зачем он тебе?
Ан наконец повернулась к Правителю.
– Тебе будет принадлежать его тело. Но его душа – моя.
Даоран хмыкнул.
– Его душа – с той кошкой.
– Это временно. Разлука, боль предательства, чувство одиночества, регулярный прием моих особых зелий и вуаля – медведь у моих ног и в упор не узнает никакую Анагон.
– Только зельями своими не отрави его.
– Скорее тебя отравлю, братец.
– Как любезно. Кстати, как прошло с его так называемым братцем?
– Прекрасно. Арес сыграл как и договаривались. Удивлена, как он раньше не порешал свою родню, ведь с таким рвением стал исполнять.
– Золото. Много моего золота, – подсказал Даоран. Аннаэль закатила глаза.
– Да, все дело в желтом металле. Потряси кошельком и родственные связи уже ни о чем не говорят. Нет, брат, этот медведь с самого рождения был… убогим. И телом, и душой. А потому без лишних слов закопал всех, кого я отравила, запугал отца Рея. Мать пришлось тоже убрать, она была несгибаема. Нагнали всяких отбросов со всей округи. Они и без стимула всякого были бы рады кого убить или изнасиловать, но я все же накапала им кое-чего в кубки за ужином.
– Наверное, теперь стоит и вовсе уничтожить это поселение? Не хочу, чтобы у меня под боком жило это сборище.
– Погоди. Альдар наверняка захочет вернуться, я в этом почти уверена. Тогда и разберется со всеми. А пока мне и самой интересно, как Арес поведет себя без моего руководства.
– Нашего руководства, – мягко, но беспрекословно поправил Даоран.
– Да. Именно так. Так что прошу, дай мне закончить этот… эксперимент.
– Ты уже проводишь такие эксперименты над медведем.
– О да. Показательная расправа над лисами сломила медведика. Я даже боялась, что он с ума сойдет. Но ничего. Он стойкий. Вытерпел.
– Порой я боюсь тебя, сестра, – поежился Правитель.
– Я сама себя боюсь, Дар, – усмехнулась девушка, глядя на мужчину. Тонкий раздвоенный язык на миг показался между ее губ, но тут же боязливо спрятался.
А Рейгар, тем временем, подобравшись к коню так, как учила его Анагон, и положил руку, смоченную жидкостью из флакона зверю на морду, как сказала ему Аннаэль, усмирил животное. Оно покорно подошло к столбу и позволило себя привязать. «Но это нечестно. Я не показал своей силы, лишь какая-то уловка».
– Браво! – вскричал Даоран. – Ты великолепен, друг мой! Честно говоря, не ожидал от тебя такой прыти. Рад провозгласить, что отныне Альдар – мой элитный воин. Ура!
– Ура! – подхватила Ан, сбежав по ступеням и бросившись на шею Рейгару. Тот чуть не растянулся, пытаясь одновременно обнять девушку и кивнуть правителю.
– Я буду служить Вам верой и правдой, Правитель!
С этими словами, легат развернулся и направился к выходу. Даоран, с лица которого тут же сбежала деланная улыбка, тяжело смотрел им вслед.
– Будешь служить. И не только мне.
