— Может, от жары? — предположил Махмуд.
Бабаев пожал плечами. Что гадать, говорил этот жест, сказано ведь — не понимаю его языка! Махмуд, так и не раскрыв папку с почтой, встал из-за стола:
— Едемте! Хочу сам посмотреть.
Внешне поля отделения казались благополучными. Перед глазами расстилались темно-зеленые квадраты, рядки кустов были усеяны желтыми и сиреневыми цветами. Растения стояли густо, казалось, ветки их переплелись и создали сплошной покров. На всех картах кипела работа. На одних поливальщики следили, чтобы струи воды равномерно текли в борозды, на других — стрекотали культиваторы, разрыхляя почву и внося подкормку. Женщины и подростки тяпками выпалывали сорняки. То и дело подъезжали тракторы с прицепами, груженными органикой. Создавался ее запас для шарбатных поливов.
Панджи остановил машину. Махмуд с управляющим прошли в глубь поля, и тогда только директор увидел опавшие цветы. Их было много. Создавалось впечатление, что их нарочно кто-то пообрывал. Махмуд нагнулся, чтобы поднять опавший цвет, и почувствовал, что от влажной земли ударил в лицо горячий пар. Он сразу понял, в чем дело. Влага, испаряясь, не пробивала густую крону растений и создавала таким образом парниковый эффект. Цветы опадали.
— А там, где культиваторы работают, — спросил он, тоже так же?
— Не обратил внимания, директор-бобо, — смутился управляющий.
— Давайте посмотрим. — Махмуд нашел узкое место в коллекторе и перешел на соседнее поле, где культиватор разрыхлял почву. Тяжело дыша, перебрался за ним и Бабаев. Махмуд присел на корточки и стал осматривать кусты. Опавших цветов почти не было. Увидел это и управляющий. Когда Махмуд глянул на него, он развел руками — мол, ничего не понимаю.
У Махмуда были пока предположения. Но он знал психологию дехкан — раз ты руководитель, значит, обязан подсказать выход. К этому людей приучила многолетняя практика — подсказки сверху. Махмуд и сам был свидетелем такой практики. Полтора года назад вторым секретарем райкома партии избрали Гладышева, профессионального строителя. Так председатели колхозов с иронией рассказывали, что уже на третий день после пленума, на котором его утвердили, он приехал на поле и принялся распекать бригадиров за то, что неправильно работают. Сам же он о хлопке имел скудное представление.
— Что же делать? — спросил Бабаев.
— Надо посоветоваться со специалистами, Пулат-ака, — ответил Махмуд, — а пока… нужно сделать так, чтобы влаги в борозде было немного. Может, через одну борозду поливать, обязательно тонкой струей, пусть поглубже вода проникает. И еще одно. С сегодняшнего дня переходите на ночные поливы. Я позвоню на опытную станцию, поговорю с учеными, думаю, подскажут решение. Встретимся вечером в конторе…
Махмуд побывал еще в нескольких бригадах, вместе с бригадирами осмотрел поля. И там кое-где цветы опали. Однако звонить на опытную станцию ему не пришлось. На столе у него лежала телефонограмма из райкома партии за подписью Базарова и Холматова. Оказывается, парниковый эффект обнаружился во многих хозяйствах. Рекомендации по устранению его совпадали с теми, что на свой страх и риск дал Махмуд Бабаеву.
«Ай-да директор-бобо!» — похвалил себя мысленно Махмуд…
Обстановка в доме стала какой-то натянутой. Свекровь все о чем-то задумывается, тяжело вздыхает. Неужели заподозрила что-то? А может, ей просто нездоровится — вон как печет, дышать нечем. Да нет, печальна она по другой причине: сердце матери — тонкий и точный инструмент, его не обманешь. Но что делать, если Майсаре все труднее скрывать свои чувства.
И дома, и на работе. Иногда наступает такая минута, что хочется бросить все, наплевать на приличия и бежать к нему.
Но уже в следующее мгновенье наступает отрезвление. Майсара думает — ты не просто любящая женщина, ты в первую очередь лицо, облеченное доверием. Ты — власть в родном кишлаке. Репутация твоя должна быть безупречной. Авторитет завоевать нелегко, а лишиться его можно за один день. И Майсара берется за работу. Хорошо, что ее много. Надо в поле побывать, на полевых станах бригад, проверить, как работают детские садики и ясли, выяснить, созданы ли условия кормящим матерям… А в сердце всегда надежда, что встретит она где-нибудь в этом огромном хозяйстве Махмуда. Увидит глаза его, убедится, что любит он ее, — и уже легче, отраднее жить.
Зазвонил телефон. Майсара схватила поспешно трубку. Звонили из райкома, просили предупредить директора — его не оказалось на месте, — что в совхоз на целый день прибывает первый секретарь, товарищ Базаров.
