Годсгрейв полностью

Вновь наступила тишина, Леона кусала ногти и смотрела в стену. Здесь донна выглядела моложе, чем во дворе; на глазах у доверенных людей она не боялась откинуть броню и становилась похожей на девочку из своих снов. Магистра продолжала массировать ей плечи, время от времени закусывая губу. Когда она вновь подала голос, в нем четко слышалась тревога.

– Леона, я знаю, что вы с отцом…

– Нет, Антея.

– Но у него полно денег, и наверняка, если ты…

– Нет! – она повернулась к магистре, голубые глаза вспыхнули. – Ты забываешься. Больше ни слова об этом. Я скорее умру, чем приму хоть один медный бедняк от этого человека, понятно?

Магистра потупила взгляд в пол.

– Да, домина, – ответила она.

Наблюдая за ними из теней, Мия ощутила внезапную грусть. Она видела, что Антея искренне волновалась о Леоне, видела, как за прошедшие десятилетия истончился барьер между ними. Но как бы Антея ни беспокоилась о своей госпоже, она всегда будет служанкой. Хоть она и кормила Леону собственной грудью, Антея никогда не будет ее матерью.

Тем не менее одно дело подслушивать разговор, который может решить ее судьбу, и совершенно другое – вторгаться в столь личную беседу. В информации крылась сила, а сила – это всегда преимущество. И Мия услышала достаточно.

Крадясь по коридору за Мистером Добряком, она попала в просторный обеденный зал. Вся старая мебель была на месте – длинный стол, за которым принимали гостей ее родители, деревянные стулья, по которым она ползала и среди которых пряталась в детстве. Некоторые из старых гобеленов по-прежнему висели на стенах – с богиней Цаной, объятой пламенем, с богиней Трелен, облаченной в пенящиеся волны.

Приближающиеся шаги. Цок, топ. Цок, топ.

Мия с Мистером Добряком скользнули за одну из длинных тяжелых штор. Она могла просто спрятаться в плащ из теней и подслушать разговор экзекутора с Леоной, но, по правде, ей хотелось видеть их лица. Узнать, надевала ли Леона ту броню, которую носила за пределами крепости, для встреч с легендой арены, служившему ей вместо мужчины, благодаря которому он стал чемпионом.

Аркад проковылял в зал и обнаружил его пустым. Сцепив челюсти, он сел за длинный стол и стал ждать. Мия отметила, что он помылся, расчесал бороду и свои длинные волосы с проседью. Из-за шрама на лице и обветренной кожи было трудно судить, но девушка предположила, что ему около тридцати пяти. Жизнь на песках сурово на нем сказалась, но его телосложение, чистый магнетизм от жизни, проведенной в борьбе за победы перед обожающей толпой…

Он оставил кожаные доспехи, которые надевал во двор, и переоделся в дорогой наряд. На темном камзоле были вышиты Соколы Рема и Львы Леонида. На трости тоже красовалась львиная голова. Мия снова полюбопытствовала, кому он верен. Здесь Аркад служил Леоне. И все же по-прежнему ходил со львом ее отца на груди.

Оглядевшись по сторонам, Аркад воровато достал флягу из камзола и сделал большой глоток.

– Если хочешь, у нас есть кубки, экзекутор.

Мужчина вздрогнул и быстро поднялся, когда в двери позади него возникла Леона с бутылкой вина и двумя кубками. При виде нее его глаза слегка расширились, да и сама Мия невольно подняла бровь. Волосы Леоны до сих пор были влажными, она была босиком и по-прежнему в слабо перевязанном халате. Если присмотреться под нужным углом, то места для фантазий не останется.

– Ми донна, – сказал Аркад, низко кланяясь и старательно избегая взглядов под каким-либо углом.

Мия заметила небольшую ухмылку на лице Леоны, когда она подошла к столу и села. Женщина налила себе вина в кубок и закинула ногу на соседний стул. Халат задрался, обнажая ее до самого бедра.

– Угощайся, – улыбнулась она.

– …Ми донна?

Леона кивнула на второй кубок и бутылку.

– Боюсь, оно отвратительное. Но подходит для этой встречи. Вот. – Леона подалась вперед, налила в кубок и толкнула его по столу. Аркад смотрел куда угодно, только не на ее грудь, почти ерзая на своем стуле.

«Так она выводит его из равновесия, – поняла Мия. – Он старше на десять лет. Вдвое больше нее. Воин сотен сражений, чемпион «Магни», а бедный ублюдок даже не знает, куда смотреть, когда она заходит в комнату».

– Итак, – начала Леона, откидываясь на спину стула и отпивая вино. – У тебя есть мысли. Самые неотложные, которыми ты просто обязан поделиться.

Аркад кивнул, его смущение испарилось, когда разговор перешел к коллегии.

– Матилий, ми донна.

– И что?

– Его продажа Кайто…

– Необходимость, – перебила она. – Награды с Блэкбриджа было недостаточно, чтобы покрыть расходы за этот месяц. На меня давят кредиторы, и они получат свои деньги.

– Но Кайто… – начал Аркад. – Пандемониум не место для смерти мужчины.

Леона одним глотком осушила кубок.

– Матилий не мужчина, – сказала она, подливая себе еще вина. – Он раб.

– На самом деле вы так не считаете, ми донна.

Аркад посмотрел на молодую женщину, сидящую напротив него. Мия увидела секундную нежность в ее взгляде, но она быстро сменилась сталью.

– Неужели? – спросила Леона.