На три унции особо не разгуляешься, зато можно взять что-то крайне редкое и дорогое. Но вот «платить сообразно стоимости» – непонятно. Это сколько? Хотя бы приблизительно? Не даю выхода своим сомнениям, а благодарю самым почтительным образом. Заодно, пользуясь случаем, показываю вызов в гильдию. Самодержец даже в лице переменился:
– А ты не спросил у верховного – на каком основании он моим придворным предписывает? – Вопрос явно риторический, потому молчу и почтительно внимаю. – Может, он еще и страной командовать собирается? Забылся?! Надо поправить?! Эй, кто там?! Разберись!
Один из придворных выхватил бумагу и моментально скрылся за дверями.
– Ладно, Тихий. Не твоя вина. Тут к тебе другой вопрос имеется. На совете принято начинать обсуждение с молодых, потому к тебе вопрос. Ты вот на последнем приеме был, слышал доклад по границе. Как придворный моей внучки скажи свое мнение – стоит отодвигать границу или лучше оставить как есть?
Вот я попал! Откуда мне это знать?! Да и не слушал доклад. Но что-то сказать надо. Вилять не буду, скажу как есть. Отругает… Пусть… Откуда я знал, что меня спрашивать будут?
– Ваше величество, покорнейше прошу прощения! По молодости и слабоумию никак не помогу решить такой вопрос. Виноват. Приму любое наказание, но обязан признаться, что не слушал докладов. Еще раз винюсь в том и прошу вашего милостивейшего снисхождения.
– Ругать тебя не за что. Оно действительно не твоего ума дело. Иди к себе и не волнуйся, я тобой вполне доволен.
После закрытия дверей за камер-юнкером государь желчно промолвил:
– Ну что, Карлуша? Решил, правильные мысли у мальца в голове или совсем даже неверные? А? Никаких мыслей у него нет! Чего ты хочешь от мальчишки? Чтобы, как первый раз на прием попал, сразу про политику стал думать? Нет! Он просто стоял и глазел. Скажи спасибо, что хоть рот не разевал! Ты тут мне теории строишь про его советы Лаурке! Он ей самое вредное насоветует – юбку укоротить до половины лодыжки да декольте увеличить до пупа… И привилегию себе вытребует – титьки фрейлинам перед дежурством мять, для проверки соответствия. На большее у него ума не хватит! Молодой еще! Хоть и умный, а все дурак.
Канцлер покаялся:
– Ваше величество, я ради дела сомневался. Вдруг чего. Нам чужое влияние вредно.
– Значит, его назначение подписываю? Или у кого другие соображения есть? Торан, ты как?
– Да какая разница? Любой сгодится, если инициативы нет. Главное, чтобы не вмешивался в дела, по команде открывал рот и вещал «да» или «нет», как ему будет велено. Этот хоть правду говорит, не виляет, подобно многим.
– Лагоз?
– Исполнитель он прекрасный, а вот с инициативой у него действительно туго. Тихий даже зелье мне не сообразил предложить. Я сам заметил и поинтересовался – почему так быстро отрастил волосы. Лаурка парня ценит, пусть будет.
– Как у него по службе?
Вперед выступил дежурный титулярный камергер.
– Ваше величество, по гоф-маршальской и камер-фурьерской росписям замечаний нет. Дисциплинирован. Ходит по предписанной форме. Обязанностями не манкирует. Отличился как гоф-медик, прирастив отрубленные пальцы. В обращении со старшими почтителен, со служителями ровен. Из недостатков можно отметить только излишнее увлечение гимнастикой.
– Не понял! Это как?
– Ваше величество, ночами занимается в гимнастическом зале. По четыре часа изнуряет себя.
– Девку ему нужно, ваше величество, – авторитетно посоветовал один генерал. – Тогда и изнурять себя не станет. Я по молодости тоже, бывало… Лучше так, чем рукоблудством грешить.
– Возможно, ты и прав. Значит, по службе к нему замечаний нет?
– Пока хорош, ваше величество, – согласился титулярный камергер.
– Карл, у тебя сомнений не осталось?
– Нет, ваше величество.
– Тогда готовь указ, Лаурка подпишет. Подбери ему в помощь секретаря поопытней, пару чиновников и контору, комнаты в три-четыре. Да! За парикмахерские заслуги надо наградить чем-нибудь посущественней блестящей цацки. Подумайте и предложите. Лучше разово, можно с годовым доходом дукатов до полуста. Пока ему хватит. Теперь о гильдии.
– С ней ссориться нельзя – без волшебников останемся.
– Торан, ты точно знаешь? Куда они все разом провалятся? Или по соседям разбегутся? Мы им так же важны, как и они нам. Только в последнее время наш верховный магистр пробует то тут, то там чуть нас на крепость проверить. Тихому предписание прислал. Гильдии выскажут мое недовольство, а они на секретаря сошлются – ошибся тот, дескать. А подчинись Тихий, мне гневаться на парня надо было бы, а волшебники его утешать бы стали. Раз, другой, третий. Старались бы на свою сторону перетянуть.
– Что нам делать? Терпеть?
– Зачем терпеть, Лагоз? Мы магистров на свою сторону тянем. Треть совета уже наши. Еще лет десять-двадцать – глядишь, и главу гильдии из верных выберут. Однако без ответа наезд оставлять нельзя. Приторможу им поставки из колоний.
