Справедливо, видевший это сновидение замечает, что объяснение, которое ему внушает внутренний голос, ужасное. Страшно будет второе пришествие Христово, и ужасен последний суд всего мира, но не без великих ужасов будет перед тем и владычество антихриста, как сказано в Апокалипсисе:
В-седьмых, кроме общего значения знаменательного сего сна для видевшего должно быть тут и значение частное, особенное, собственно для него самого. Вот уже в другой раз, в знаменательных снах, он видит по смерти вместе двух означенных лиц – митрополита Филарета и протоиерея М. А.; тогда как, по его мнению, они в жизни своей различно и мудрствовали, различно и действовали. О. протоиерей в словах и действиях держался всегда манеры прямой, обличительной, а иногда даже и резкой. Митрополит же Филарет держался в обращении и действиях манеры мягкой и уклончивой, за что от первого подвергался иногда и явному нареканию, почему близкие о. М. имели не всегда выгодное мнение о преосвященном Филарете и никак не думали, чтобы по смерти они были вместе. Но Сердцеведец Бог, судящий все по намерениям, а не по одним действиям, судил быть сему иначе, показывая в знаменательных снах обоих вместе, и одинаково заботящихся и по смерти своей об участи правоверных и о вразумлении близких своих. Не вотще и Апостол говорит:
Два письма Оптинского старца Амвросия графу А. П. Толстому с объяснением снов священника Тверской епархии Константиновского, сына протоиерея о. Матфея Константиновского, 1866 и 1871 годов.
В кн.:
Гоголь много раз в письмах и в «Выбранных местах…» говорит о себе как о наставнике, которому должны внимать беспрекословно, каждое слово которого свято.
Забыта евангельская заповедь «не сотвори себе кумира», равно как и ее зеркальное отражение: «не сотвори из себя кумира».
Только после неудачи с выходом «Выбранных мест…» Гоголь признавался в письме к В. А. Жуковскому: «В самом деле, не мое дело поучать проповедью. Искусство и без того уже поученье. Мое дело – говорить
Как изображать людей, если не узнал прежде, что такое
В письме к А. С. Данилевскому, 7 августа 1841 г. из Рима
«Но слушай: теперь ты должен слушать моего слова, ибо вдвойне властно над тобою мое слово, и горе кому бы то ни было, не слушающему моего слова. Оставь на время все, все что не шевелит иногда в праздные минуты мысли, как бы заманчиво и ни приятно оно шевелило их. Покорись и займись год, один только год, своею деревнею. Один год! и этот год будет вечно памятен в твоей жизни. Клянусь, с него начнется заря твоего счастья[22]. <…>
О, верь словам моим! Властью высшею облечено отныне мое слово. Все может разочаровать, обмануть, изменить тебе, не изменит мое слово.
