Не могу, мой добрый и почтенный земляк, никаким образом не могу быть у вас в Москве. Отъезд мой уже решен. Знаю, что вы все приняли бы меня с любовью; мое благодарное сердце чувствует это. Но не хочу и я тоже с своей стороны показаться вам скучным и не разделяющим вашего драгоценного для меня участия. Лучше я с гордостью понесу в душе своей эту просвещенную признательность старой столицы моей родины и сберегу ее, как святыню, в чужой земле. Притом, если бы я даже приехал, я бы не мог быть так полезен вам, как вы думаете. Я бы прочел ее вам дурно, без малейшего участия к моим лицам, – во-первых, потому, что охладел к ней; во-вторых, потому, что многим недоволен в ней, хотя совершенно не тем, в чем обвиняли меня мои близорукие и неразумные критики. Я дорогою буду сильно обдумывать одну замышляемую мною пиесу. Зимою в Швейцарии буду писать ее, а весною причалю с нею прямо в Москву, и Москва первая будет ее слышать.
Гоголь – М. С. Щепкину, 15 мая 1836 г., из Петербурга. Письма, I, 375.
Я знаю г. автора «Ревизора», – это юная Россия, во всей ее наглости и цинизме. Он под покровительством Жуковского, но ведь это Жуковский не прежний. Посудите, он нынешней зимой по субботам собирал у себя литераторов, и я иногда являлся туда, как в неприятельский стан. Первостепенные там князья Вяземский и Одоевский и г. Гоголь. Всегда бывал там и Пушкин, но этот все придерживается Руси (?).
Ф. Ф. Вигель – Н. М. Загоскину, 31 мая 1836 г., из Петербурга. Ф. Ф. Вигель. Записки. Изд. «Круга». М., 1925. Т. II, 327.
Было время, что я вас долго и близко знал (о, горе мне!) – и не узнал! С обеих сторон излишнее самолюбие не дозволяло нам сблизиться. И как, за суровостью ваших взглядов, мог бы я угадать сокровища ваших чувств? До сокровищ ума нетрудно было у вас добраться: несмотря на всю скупость речей ваших, он сам собою высказывался.
Ф. Ф. Вигель – Н. В. Гоголю (по поводу «Выбранных мест из переписки с друзьями», в 1847 г.). Н. В. Сушков. Московский университетский благородный пансион. М., 1858. Стр. 25.
И. И. Лажечников, как многие писатели старой школы, совершенно искренно не понимал восторга от «Ревизора», которого считал просто карикатурой, фарсом, годным для потехи райка, а не художественным творческим произведением. «Высоко уважаю талант автора «Старосветских помещиков» и «Бульбы», – пишет он Белинскому, – но не дам гроша за то, чтобы написать «Ревизора»».
А. П. Пыпин. Белинский, его жизнь и переписка. Изд. 2-е. СПб., 1908. Стр. 104.
Накануне отъезда Гоголя за границу Пушкин, по словам Якима (
Гр. П. Данилевский. Знакомство с Гоголем. Сочинения, изд. 9-е, т. XIII, 121.
Перед отъездом за границу Гоголь сделал распоряжение, чтобы выпустить Якима (
В. П. Горленко. Миргород и Яновщина. Рус. Арх., 1893, I, 303.
(
В. И. Шенрок. Материалы, III, 114.
Я помню так, как бы это было вчера, и буду помнить долго вашу доброту, ваш прощальный поцелуй, данный вами мне уже на пароходе, ваши рекомендательные письма, которые приобрели мне благосклонный прием от тех, которым были вручены.
Гоголь – кн. П. А. Вяземскому, 25 июня 1838 г., из Рима. Письма, I, 513.
VI
За границей
Плавание наше было самое несчастное. Вместо четырех дней пароход шел целые полторы недели по причине дурного и бурного времени и беспрестанно портившейся пароходной машины.
Гоголь – В. А. Жуковскому. Письма, I, 385.
Выбравшись из парохода, который мне надоел жестоко, я проехал очень скоро Травемунде, Любек и несколько деревень, не останавливаясь почти нигде до самого Гамбурга. Места эти мне знакомы. Гамбург тоже старинный знакомый.
Гоголь – матери, 29/17 июня 1836 г., из Гамбурга. Письма, I, 386.