Гоголь – загадочный алмаз России полностью

С другой стороны, хотя украинская словесность и потеряла – в силу исторических и субъективных причин – в лице Гоголя потенциального своего классика, Гоголь тем не менее оказал и оказывает на нее огромное влияние, фактически, пусть и опосредованно, став одной из ключевых фигур истории украинской литературы, духовной культуры в целом.

Принципиально важную роль в гоголевском русском языке (идиолекте) играет украинская составляющая; она, как и присущие писателю черты национального характера, мировидения, исторической памяти и литературной традиции, определяет особое место Гоголя в русской литературе, если угодно, в известной мере – его одиночество в ней.

В этом – феномен Гоголя, в этом драма его национальной и психологической раздвоенности судьбы Гоголя – гениального «иностранца» в русской литературе и русском языке

О Силе и магии языка гоголевских сочинений профессор И. Мандельштам, автор не утратившего по сей день ценности труда о гоголевском стиле, писал: «У Гоголя заметно, как пользование то малорусским, то русским языком дает мысли то или другое направление, и наоборот, в предчувствии направления, которое примет его мысль в следующее мгновение, Гоголь берется за тот или другой язык, смотря по тому, в какой укладывается мысль поэтичнее, легче, ярче»^].

В «Вечерах на хуторе близ Диканьки», в «Тарасе Бульбе» мысль Гоголя, замечает Мандельштам, движется «по колее родного языка», «языка души», он нередко не без труда подыскивает русские слова для передачи «склада мысли малоросса». А, скажем, в «Выбранных местах из переписки с друзьями» очевиден разрыв «между языком поэта – художника и стилем мистика – философа».

Это была биография, это была судьба – такие влиятельные факторы, как многолетнее пребывание то в одной, то в другой столице империи, в русскоязычном окружении…

С течением времени, по мере все большего отдаления от Украины и нарастания проимперских настроений все эти факторы вылились в осознанную апостазию (отход) Гоголя по отношению к родному языку, в глорификацию (прославление) языка русского как «владычного», универсального, причем не только в рамках одной Российской империи, а в общеславянском масштабе. Отсюда его Гоголя – поучение: «Нам надо писать по – русски …стремиться к поддержке и упрочению одного владычного языка для всех, родных нам, племен».

Гоголевское творчество поражает и восхищает мощной и развернутой палитрой социальных групп николаевской эпохи.

Здесь и идиллия из немецкой жизни – «Ганц Кюхельгартен.

Цикл украинских повестей и рассказов, объединенных в сборники – «Вечера на хуторе близ Диканьки» и «Миргород», и примыкающий к ним роман «Тарас Бульба».

Красочные рассказы из жизни русской поместной среды – «Коляска», комедия «Ревизор», поэма в прозе «Мертвые души».

Произведения, отображающие жизнь чиновничьего круга – «Записки сумасшедшего», «Нос», «Шинель».

В повестях «Невский проспект» и «Портрет» изображена жизнь интеллигенции – писателей и художников.

Создает серию эскизов из жизни крупнопоместной и великосветской среды – «Утро делового человека», «Лакейская», «Тяжба», неоконченная повесть «Рим». И, конечно, – «Мертвые души», работа над второй частью, где большинство глав посвящено изображению жизни крупных латифундистов, владельцев огромных пашен, стадов и крепостных.

Гений Гоголя раздвигает хронологические и социальные границы, и буквально внеземной, сверхъестественной силой воображения скрепляет и прошедшее, и настоящее, территории вымысла и территории действий сюжетными связями.

Исторический факт

Император Николай I подъезжал к уездному городку Чембар, что в Пензенской губернии. При повороте коляска накренилась, император вывалился из экипажа и сломал ключицу и левую руку. Целых шесть недель он пролежал в городке на попечении местных эскулапов, пока не срослись кости.

Когда стал поправляться, Николай захотел увидеть чембарских уездных чиновников, и пензенский губернатор Панчулидзеев собрал их в доме уездного предводителя дворянства, в котором лечился император. Чиновники оделись в новую, залежавшуюся у них в сундуках и пропахшую табаком (от моли) форму. Форма была стеснительна для них, кургузых, тучных, оплывших. Они выстроились по старшинству в чинах, при шпагах, в одну шеренгу. Треугольные шляпы с позументом деревянно держали в неестественно вытянутых руках.

Император внимательно осмотрел всю шеренгу и сказал по – французски губернатору:

– Но послушайте, ведь я их всех не только видел, а даже отлично знаю!

Губернатору была известна огромная память царя Николая на лица и фамилии, но знал от и то, что до этого Николай никогда не бывал в Чембаре, и он спросил его недоуменно:

– Когда же вы изволили лицезреть их, ваше величество?

И Николай ответил:

– Я видел их в Петербурге, в театре, в очень смешной комедии под названием «Ревизор»