Опредмеченная метонимия (переименование) образа Плюшкина – отделившаяся от него, как душа от мертвого тела, – поношенный колпак на столе. Предметы сжимаются, усыхают, желтеют: лимон «ростом не более лесного ореха», два пера, «высохшие, как в чахотке», «зубочистка, совершенно пожелтевшая, которою хозяин, может быть, ковырял в зубах своих еще до нашествия на Москву французов». Пыльная куча в углу, куда П. тащит всякую дрянь: найденную щепку, старую подошву, железный гвоздь, глиняный черепок, краденое у зазевавшейся бабы ведро – символизирует полную деградацию всего человеческого»
В противоположность пушкинскому Барону Плюшкин изображен не в окружении груды червонцев, а на фоне тления, уничтожившего его богатства. «
Все помещики, столь ярко и безжалостно показанные Гоголем, а также центральный герой поэмы – живые люди. Но можно ли о них так сказать? Можно ли их души назвать живыми? Разве их пороки и низменные побуждения не убили в них все человеческое? Смена образов от Манилова до Плюшкина раскрывает все более усиливающееся духовное оскудение, все возрастающее моральное падение владельцев крепостных душ. Назвав свое произведение «Мертвые души», Гоголь имел в виду не только умерших крепостных крестьян, за которыми гонялся Чичиков, но и всех живых героев поэмы, которые давно уже стали мертвыми.
Обнажается вторая и не менее важная причина омертвления душ по Гоголю – это отказ от Бога. «
Но все – таки это дорога к Храму ибо в главе о Плюшкине мы встречаем две церкви; готовится переход ко второму тому – Чистилищу из первого – адского. Этот переход размыт и непрочен, как и намеренно размыта Гоголем в первом томе антитеза «живой – мертвый». Гоголь намеренно делает нечеткими границы между живым и мертвым, и эта антитеза обретает метафорический смысл. Предприятие Чичикова предстает перед нами как некий крестовый поход.
Это Чичиков. Именно в Чичикове наиболее сильно показана непредсказуемость и неисчерпаемость живой души, пусть не бог весть какой богатой, пусть скудеющей, но живой. XI глава посвящена истории души Чичикова, в ней показано развитие его характера. Ведь именно Чичиков должен был очиститься и перейти из «Ада» в «Чистилище» и «Рай».
В поэме есть и совершенно новый герой, до сих пор не встречавшийся в русской литературе. Это представитель нарождающегося класса «приобретателей». В образе Павла Ивановича Чичикова Гоголь вывел на всеобщее обозрение черты «рыцаря копейки».
На первый взгляд Чичиков производит впечатление скользкого, многоликого человека. Это подчеркивается его внешностью:
Словно хамелеон, Чичиков постоянно меняется. Он способен придавать своему лицу нужное выражение, чтобы казаться приятным собеседником. Говоря с чиновниками, герой поэмы «очень искусно умел польстить каждому». Поэтому он быстро завоевывает в городе необходимую репутацию. Общий язык Чичиков находит и с помещиками, у которых покупает умерших крестьян. С Маниловым он выглядит особенно любезным и обходительным человеком, чем и очаровывает хозяина. У Коробочки, Ноздрева, Собакевича и Плюшкина Чичиков ведет себя в соответствии с обстановкой и к каждому умеет найти подход. Только Ноздрева он не поймал в свои сети. Но эта была единственная неудача Чичикова.
Чтобы добиться результата, наш герой пускает в ход все свое умение обворожить человека. А цель у него одна – обогащение, и ради этого Павел Иванович готов лицемерить, часами тренируясь у зеркала. Главное для него – деньги. Они нужны герою поэмы не сами по себе, а как средство дальнейшего накопления. Еще в детстве Чичиков хорошо усвоил наказ отца угождать начальникам, дружить «с теми, кто побогаче» и беречь «копейку». Запали в душу мальчика отцовские слова: «Все сделаешь и все прошибешь на свете копейкою».
Обладая большим умом «со стороны практической», Чичиков начал копить деньги в, школе, наживаясь на товарищах и отличаясь особой скупостью. Уже в те годы проявилась душа этого «приобретателя». Обманом, подхалимством Чичиков пробивал себе дорогу, не останавливаясь ни перед чем. Он хитрит, обворовывает государство, «надувает» коллег. Взяточничество становится его стихией.
