– Сагаев… – недовольный всхлип и крохотные ладошки намертво обхватывают шею. Юля стремится мне навстречу, отчаянно пытается задать ритм.
– Неа, мандаринка, – намеренно то замедляюсь, то ускоряюсь, приближаясь к тонкой черте, за которой прячется оргазм. И снова, и снова, доводя малышку до сумасшествия.
– Ты не получишь ничего, пока не скажешь «да», – чередую грубые ласки клитора и возбуждённых сосков, в очередной раз «истязаю» хрупкое тело Юли, не давая столь желанной разрядки.
– Сволочь… – Счастливая больно кусает меня за плечо и продолжает упрямиться.
– Скажи «да»… – нарочно медленными, глубокими проникновениями задеваю особую точку и вынуждаю малышку срывать голос. Моя сладкая мандаринка сипит, хрипит и нецензурно ругается, но, в конце концов – сдаётся:
– Да, чёрт тебя раздери! Да!
– Вот так бы сразу, рыжая вредина…
Стремительно ускоряюсь и позволяю серебряным звёздам обрушиться на наши головы, забирая утомлённые, но удовлетворённые тела в фантастический полёт. Крепко обнимаю девушку, прижимаю к груди и нежно шепчу:
– Я люблю, тебя мандаринка…
– И я тебя люблю, Сагаев…
Белый пушистый снег, весело кружится и укутывает меня мягким покрывалом. Упав в огромный сугроб, яростно машу руками и ногами, формируя фигуру «ангела». Счастливый детский смех звенит в воздухе задорной мелодией.
– Па-а-а-а-а-ап, Буран тебя перевернул! – озорной, зеленоглазый разбойник скачет вокруг меня и сгибается от хохота. Матёрый аляскинский маламут носится по лесу с пустой «плюшкой», радостно пофыркивая.
Слегка приподнявшись, шустро леплю снежок и запускаю снаряд в Мишку.
– Ну, па-а-а-а-ап, так нечестно!
Мелкая козявка с разбегу прыгает на меня, окончательно утопив моё тело в сугробе.
Не мудрствуя лукаво, я, добившись согласия мандаринки, перевёз их с Мишей к себе буквально через неделю. Рождество мы отмечали одной большой и дружной семьёй. Мама, родители Юли, рыжая вредина, Мишутка и я… Мандариновую свадьбу сыграли через месяц.
Малыш легко принял меня в семью, но я всё равно не тороплю шпингалета. Хотя мне до безумия хочется услышать от парнишки слово «папа», я хорошо знаю, что нужно время. И рано или поздно окончательное признание придёт само собой… А мы пока готовим документы на усыновление…
Поставив мяч на линию штрафной, даю команду мальчишкам отрабатывать удары.
– Итак, козявочки, бьём по воротам и отходим. Аккуратно закладываем мяч в нужный квадрат, – изящно пробиваю штрафной, – Вопросы?
– Ух ты, Сагаев, да ты крут, – злобная усмешка неприятным свистом рассекает воздух. На пороге зала стоит господин Кислов собственной персоной.
В тот день, когда Юленька раскрыла все свои секреты, я чудом сдержался… Желание сорваться в Питер и втоптать в грязь мерзкую гнусь прыгало в глазах вспышками тёмной ярости. Одних кулаков будет недостаточно, чтобы раздавить Кислова. Да и мандаринка была бы против. Сила духа и необыкновенное благородство моей прекрасной супруги удивляет меня до глубины души. Сладкая крошка сумела побороть ненависть к засранцу и оградиться прочной стеной равнодушия.
Собственно я знал, что мудила рано или поздно объявится. Ходят слухи, что после последней травмы большая куча собачьего дерьма не сумела толком оправиться и откровенно лажает на поле.
Да и в сборную РФ с такой травмой путь заказан, остаётся только одно – тренерская деятельность. Слава о моих успехах на нелёгком поприще преподавания докатилась и до Питера, так что приезд сучонка за обменом опытом был лишь вопрос времени…