Увидев шрам на щеке Вики, он от изумления приоткрыл рот.
– Что случилось, Вика? На тебя напали?
– Вот поэтому я и исчезла, – пояснила Сопля, снимая туфли.
– Какой ужас! Ну что же вы стоите? Проходите, проходите. Как вас зовут? – обратился он к Дарье.
Получив ответ, Куркин незамедлительно облобызал и Данилову, что ей совсем не понравилось.
Квартира была двухкомнатной. Они прошли в большую комнату и остановились на пороге.
За журнальным столиком сидел мужчина лет тридцати пяти и курил. Перед ним на столе лежала газета и стояла чашечка кофе. Дарья успела заметить, что он не разувался. Вряд ли это простой знакомый хореографа. Она не была готова к осложнениям, сумочка осталась в коридоре.
– Проходите, девчонки, садитесь.
Мужчина был одет в темно-коричневый костюм и белую рубашку в тонкую синюю полоску.
Голубые глаза бегали по гостьям вверх-вниз, рот в те моменты, когда был свободен от сигареты, демонстрировал большие прокуренные резцы.
Он не понравился Дарье сразу же. Опротивел же он ей после того, как сдвинул в сторону газету. Под ней оказался пистолет. К этому моменту они уже сидели на обтянутом белой кожей диванчике.
– Ну-с, где диск, девушки?
Дарья на мгновение закрыла глаза. Как сердце ныло, как ныло сердце по дороге сюда! Зато посыльного они определили безошибочно.
– Ты большой скот, Артур Никанорович, – открылась хореографу Сопля.
– Да ладно, – отмахнулся Куркин, – чего в жизни не бывает. Отдайте диск.
Дарья сомневалась, что она может двигаться быстрее пули. Пришлось заставить себя успокоиться и не обращать внимания на оружие.
– Какие у нас гарантии? – спросила Данилова.
– А какие гарантии могут быть у вора? – неизвестный отхлебнул кофейку. – Не надо задавать глупых вопросов. Отдайте то, что вам не принадлежит, и ступайте с миром.
– Это у вас никак «вальтер» времен Великой Отечественной? – Данилова попыталась приблизиться к столику, проявляя как бы дежурный интерес.
– Да, да, да. Вы угадали. – Он прекратил Дарьины поползновения в сторону оружия, взяв пистолет. – Какая мы хитрая. Где диск?! – Он гаркнул что было мочи. Наверняка соседи за стенами могли не напрягать слух, для того чтобы разобрать фразу.
Дарье пришлось остановиться. Не лезть же на рожон!
Поскольку девушки отмалчивались, господин в коричневом костюме поднялся с места. Он медленно обошел Дарью, затем описал кольцо вокруг Сопли, нагнетая нервное напряжение.
– Мне что, прикажете пытать вас, вашу мать?! – прошипел он. Сигаретина в углу рта нервно подергивалась при каждом слове, а «вальтер» перебегал из одной руки в другую, словно бездомная собачонка от одного прохожего к другому. – Ну, кто из вас самый смелый? Наверное, ты, со шрамом, баба бывалая. Вот давай с тебя и начнем.
– А может, с нее? – Куркин кивнул на Дарью. Почему у одной есть шрам, а у другой нет?
– Старикан, ты из себя крутого не строй. – Хозяин положения плюнул в сторону хозяина квартиры, чуть не попав на домашнюю тапочку. – Твое дело было позвонить. Вообще, мучить женщин дело весьма отвратительное. Давайте, я лучше поговорю с господином танцором, которому все еще мешают его шарики, и сделаю так, чтобы они больше не мешали, а дамы будут на все это смотреть.
Он вытащил из внутреннего кармана пиджака складной нож.
– Нет! – взвизгнула Сопля в тот момент, когда он выбросил лезвие.
– Да, – спокойно ответил нуждающийся в видеодиске и подошел к Куркину, который не смел пошевелиться.
– Не волнуйся, он блефует. – Дарья постаралась успокоить Иру. – Он ничего никому не сделает.
– Да? – Глаза стоящего рядом с Куркиным человека послали ей безысходность, и в следующее мгновение нож полоснул щеку хореографа. Тот охнул и схватился за лицо. Очень скоро сквозь пальцы на пол полилась кровь.
Схватив Куркина за шею, бандит очень спокойно поинтересовался:
– Ну, что? Теперь у него тоже будет шрам на морде. Вы составите лучшую парочку обезображенных в столице.
Девушки оторопели от столь спокойного проявления жестокости.
– Что смотрим? Говорить будем или нет? Может, мне еще ему по горлу резануть? Будем ждать, пока он кровью не истечет?
– Скажите ему! – взмолился Куркин, умываясь собственной кровью. – Он все равно отсюда не уйдет.
– Послушайте здравомыслящего человека, – поддакнул неизвестный. – Он-то знает, с кем имеет дело, а до вас, я думаю, все начинает только-только доходить.
Ира заплакала.
– Я скажу, я не могу, только, пожалуйста, отпустите его, не мучайте.
– Я весь превратился в слух. – Бандит подбадривал ее, делая круговые движения окровавленным ножом так, что красные капельки летели с него во все стороны.
– Диск лежит под холодильником в квартире, которую мы сняли в Клину.
– Адрес и ключи, – хладнокровно потребовал незнакомец.
Когда ему отдали все, что он просил, «коричневый костюм» высказал убеждение в том, что ему не соврали. В противном случае, он пообещал убить всех.
После того как вымогатель ушел, Дарья первым делом осмотрела рану на щеке Куркина.
– Снова придется шить, – сообщила она грустно. – Только делать это придется не мне. Ира, вызови «Скорую».
Тяжело дыша, хореограф сообщил, что вляпался в большое дерьмо.
