– Знакомая? – понимающе хмыкнул обер-детектив, заметив, как помрачнел молодой человек, когда девица направилась в их сторону. – Хотите совет, керр Фромингкейт? Не оставляйте женщинам недосказанных слов. Иначе они додумают все сами, сами сделают выводы, обычно неприятные, обидятся и начнут мстить. А женская обида – штука коварная. Никогда не знаешь, какие бесы способны зародиться в маленьких очаровательных головках! Керр Наизе тому наглядный пример. Погнавшись за двумя зайцами… точнее, зайчихами, он лишился жизни.
Дело парфюмера оказалось донельзя банальным, как говорится, на один день. Керр Наизе отличался не только талантом творить головокружительные ароматы, но и умением вешать лапшу на уши. Керляйн Дороти, стоило ей увидеть детективов, созналась тотчас же, просила лишь учесть, что была в изрядном расстройстве: подлец обещал жениться… на ней, а заодно на богатой вдове, розыском которой теперь занималась участковая полиция, и, кто знает, возможно, на ком-то еще.
– Даже если чувства угасли и новая керляйн заняла место в вашем сердце, найдите в себе мужество признать это в открытую и расстаться, как подобает честному человеку.
Керр Фолтерштап подмигнул и направился ко входу в здание, насвистывая фривольный мотивчик про любвеобильного сатира и пастушку.
– Мы не… – возразил Юрген, но старший коллега уже скрылся за дверью, и доказывать что-либо стало бесполезно. Керляйн Айланд открыла рот, но он невежливо перебил: – Как долго вы намереваетесь следить за мной?!
– С чего это вы взяли? – опешила Инджи.
– Вы расспрашивали покойную келер Вермиттерин, обманув старушку тем, что обещали наклепать о ней статейку в несуществующем журнале. Нахамили в театре моей девушке. Даже в столицу за мной ездили! Теперь явились на работу, – перечислил Юрген. – Вряд ли для газеты представляет интерес простой сотрудник первого отдела. Воровать у меня тоже нечего. – В другое время воспитание не позволило бы так грубо, в лоб высказывать ничем не подкрепленные обвинения, но сейчас он устал, от духов у него разболелась голова, да и замечание керр Фолтерштапа сыграло роль. – Вам доставляет извращенное удовольствие подглядывать за малознакомыми мужчинами? Или вы втюрились в меня?!
– Да как!.. – керляйн Айланд задохнулась от возмущения. На обмороженных щеках вспыхнули пунцовые пятна. – Как вы вообще додумались?! – девица развернулась и, подобрав юбки, устремилась прочь. Окованные каблучки сапог забивали слова в булыжную мостовую. – Животное! Неотесанный мужлан! Я! Влюбилась в него! Да кем он себя возомнил?! Краеугольным камнем мира?!
В который раз Юрген пожалел, что не имеет ни одной веской причины арестовать девицу. В прогулке под окнами первого отдела, пусть и подозрительной, нет ничего криминального. Журналисты же – головная боль: задень одного из их братии, вонь поднимется сильнее, чем в лавке керр Наизе, – и сразу известно, кого обвинят в проблемах. Лучше не связываться: шеф и так последнее время на него зол.
День разговоров на этом не закончился. В вестибюле Юргена дожидался керр Фликен. Лаборант, впервые встреченный стажером за пределами големной, напоминал выбравшегося на свет крота – неуклюжего, растерянно щурящегося и не вписывающегося в окружающий интерьер.
– Керр Фромингкейт, не могли бы вы зайти ко мне?
Юрген не мог. После лавки парфюмера ему хотелось немедленно добраться до дома и снять с себя пропахшую духами одежду или хотя бы выпить в кабинете у Луцио – заглушить противный привкус парфюма в горле (словно он не дышал туалетной водой, а глотал ее).
Но керр Фликен не имел причины дергать коллег по пустякам. Стажер повесил на вешалку пальто и потащился в подвал.
Оказавшись в големной, среди привычных вещей и инструментов, лаборант повел себя увереннее. В помещении было по-прежнему болезненно ярко, а обнаженное мужское тело на рабочем столе заставило поежиться уже Юргена: куклы все-таки слишком сильно походили на людей. Райнер скользнул взглядом по Ворону без интереса, убеждаясь, что за время его отсутствия ничего не изменилось.
– Я не отниму много времени, – начал он. – Не уверен, важно ли это вообще. Но, кажется, я выяснил причину ошибок поведения. Был поврежден один из управляющих контуров, что привело к путанице со временем и последовательностью событий. К сожалению, при настройке потерялась часть памяти. Не знаю, совпадение это или нет, но утраченный раздел пришелся на день смерти келер Вермиттерин.
Прежние подозрения всколыхнулись в душе с новой силой.
– А причина?
– Естественный сбой? – предположил керр Фликен. Судя по сомнениям, звучавшим в его голосе, он и сам не верил в этот вариант.
– Или вмешательство извне, – пробормотал Юрген.
– Это сложно сделать без информации о ключах доступа и соответствующих инструментов, – возразил лаборант.
Стажер знал человека, который с легкостью мог такое провернуть. У Юргена не было предположений, зачем Куратору понадобилось убивать безобидную старуху. Как и не было уверенности, что неисправность голема связана с «убийством».
