— Стража! Ко мне!
— Башня! — воскликнул Гранди, только сейчас поняв ужасную правду. — Вот оно что. — ты не принц, а морская ведьма!
— Проклятье! — буркнул Штопор. — Ну кто меня за язык тянул? Вечно сболтнешь лишнее, а потом жалеешь. Впрочем, неважно. Я женюсь на девице, покончу с собой, и она станет королевой эльфов. А потом я вселюсь в ее тело.
— Она никогда на это не согласится! — возразил Гранди.
— Неужто? Даже зная, что ее отказ будет стоить тебе жизни?
Гранди понял, что расчет ведьмы верен.
Рапунцель любила его по-настоящему, и в этом была ее погибель. А он-то сдуру поверили, что раз ведьма не ужалила девушку, будучи в теле правительницы пчелок, то она отступилась. Нет, старая колдунья принялась искать другой путь к достижению своей цели — и нашла.
В комнату поднялись стражники.
— Заприте этого негодяя в темницу, — приказал принц, — да следите за ним как следует, чтобы он не сбежал во второй раз.
— Не слушайте его, — закричал Гранди, — это вовсе не ваш принц! Это морская ведьма!
— Голем спятил, — прошипела ведьма. — Вы сами видите, что я вовсе не изменился.
— А вот и изменился! — не унимался Гранди. — Все вы наверняка заметили, что в последнее время принц ведет себя странно. Это потому, что в его тело вселилась ведьма. Он никакой не Штопор, а подлый самозванец… даже самозванка.
Стражи заколебались. Слухи о странном поведении принца до них безусловно доходили, но внешне он оставался прежним, так что, в конце концов, эльфы двинулись к Гранди.
— Разве ваш принц, настоящий принц, приказал бы отравить ручного дракона? — громко спросил голем.
— Что? — подняла голову Рапунцель.
— Да то, что они отравили Стэнли, а меня бросили в подземелье. И еще называют себя эльфами!
— Бежать! Бежать отсюда! — отчаянно завопила девушка и непроизвольно увеличилась.
Пол под ней опасно прогнулся.
— Только попробуй, и он умрет! — Принц упер штопор в живот Гранди.
Девушка расплакалась и вновь уменьшилась, сделавшись ростом с эльфа.
— Не уступай ведьме, — сказал ей Гранди, — она все равно убьет меня, как только захватит твое тело. Спасайся. Спускайся вниз, к Стэнли, и беги в замок Ругна. Дракон знает дорогу.
Рапунцель не смогла вынести всего этого. Раздавленная отчаянием и страхом, она упала без чувств.
— Уведите голема! — приказала ведьма. — Девицей я займусь сам.
— Не слушайте ведьму! — отчаянно заверещал Гранди. — Спросите хоть служанок, какой из нее принц — одна видимость. Да разве эльфийский принц стал бы угрожать смертью невинным созданиям?
Стражи переглянулись — они и сами заметили странную перемену в поведении принца, и им было над чем задуматься.
— Повинуйтесь, — злобно взвизгнула ведьма, — не то я пробуравлю вас насквозь!
— Вот те на! — промолвил один из эльфов. — Голем-то, похоже, говорит дело.
— Негодяй! — Ведьма сделала выпад штопором.
Однако стражи мгновенно достали свое оружие — отвертку и напильник. Металл звякнул о металл, высекая искры. Здесь, на вершине вяза, каждый из стражей обладал такой же силой, что и принц, но их было двое.
— Дело темное, — промолвил второй страж. — Думаю, необходимо наладить суд.
— Только через мой труп! — вскричала ведьма с такой злобой, что эльфийские черты исказились; миловидный принц сделался похожим на старую каргу из башни.
Но стражи не дрогнули. Будучи народом свободолюбивым и честным, эльфы не намеревались делать того, что считали несправедливым. Сейчас они поняли, что, подсыпав яда дракону и бросив в подземелье голема, опозорили свое племя.
Ведьма тоже сообразила, что перегнула палку. Она не хотела ввязываться в спор, опасаясь, что, не будучи эльфийского рода, выдаст себя какой-нибудь оплошностью и окончательно потеряет доверие своих подданных.
— Ладно, — провозгласила она устами принца, придав своей физиономии выражение спокойной уверенности, — в таком случае, я требую судебного поединка. Мы померяемся силой с големом, и победитель получит девушку.
— Звучит разумно, — сказал Напильник. — Решено, поединок состоится завтра утром.
Гранди не спорил, ведь возразить — значило быть убитым на месте, но и особого восторга не испытывал. Пребывая в теле эльфа, ведьма обладала чудовищной силой, и голем не рассчитывал одолеть ее в бою. Похоже, ему удалось лишь добиться отсрочки своего конца. Зато Рапунцель мигом повеселела.
— Ты победишь, Гранди! — радостно воскликнула она. — И все будет хорошо.
Или плохо, угрюмо подумал голем. Но в любом случае он подарил девушке ночь надежды, и одно это кое-чего стоило.
Поутру Гранди все еще чувствовал себя таким усталым, что не мог ни согнуться, ни разогнуться. Страшное напряжение предыдущего дня продолжало сказываться, хотя ночь он провел не в подземной темнице, а в уютной лиственной каморке. Голема накормили, а его стертые до крови руки эльфийские девы обработали целебным бальзамом. Жаловаться не приходилось, хотя его и содержали под стражей, — точно так же эльфы караулили и ведьму. Гранди знал, что до окончания тяжбы Рапунцель не позволят встретиться ни с одним из соперников.
