Они появились на свет в родовом имении Бучалки Епифанского уезда Тульской губернии в семье князя Михаила Владимировича Голицына (1873–1942), юриста, предводителя дворянства Епифанского уезда Тульской губернии, члена Московской городской управы, и княгини Анны Сергеевны Голицыной (урожденная Лопухина) (1880–1972).
В советское время одного из них, Владимира, в связи с дворянским происхождением неоднократно арестовывали как «классового врага», в конце концов отправили в ссылку на о. Свияжск, где он был приговорен к пяти годам исправительных лагерей и умер в 42 года.
Другой, Сергей, к счастью, избежал горькой участи многих родственников, расстрелянных и сгинувших в лагерях, и в своей мемуарной книге «Записки уцелевшего», изданной посмертно, вернул из небытия имена сотен связанных с древним родом Голицыных людей, поведав читателям «историю нескольких, родственных между собой дворянских семей, историю одного мальчика, потом ставшего юношей, потом взрослым человеком».
Многие Голицыны сыграли значительную роль в истории российского государства. Надежды возлагались и на Владимира Михайловича Голицына, старшего брата писателя Сергея Михайловича, однако к моменту его вхождения во взрослую жизнь страну поглотил омут революции, которая в конце концов наказала его за благородное происхождение.
Владимир Голицын закончил 5-ю Московскую гимназию в революционном 1917 году. В целях самосохранения семья решила выехать в тихий Богородицк, где доводившиеся Голицыным родней графы Бобринские еще жили в собственной усадьбе. Вскоре советская власть добралась и туда. Обитателей дворца выселили в город и заставили работать.
С детства любивший рисовать Владимир (на его способности первая обратила внимание его бабушка Софья Николаевна Голицына, которая сама хорошо рисовала; по ее просьбе первые несколько уроков Володе Голицыну дал известный художник К. Ф. Юон) в 1918–1919 годы поначалу заведовал плакатной мастерской в Богородицке, а затем делал «Окна РОСТА» в Туле. Эта уникальная форма массовой агитации времен Гражданской войны представляла собой выполненные в острой и доступной манере и посвященные злободневным событиям сатирические плакаты, выпускавшиеся Российским телеграфным агентством (РОСТА). Князь Голицын размножал схематичные двухтрехцветные изображения при помощи трафаретов, после чего плакаты выставлялись в больших окнах опустевших продуктовых магазинов. Фактически «Окна РОСТА» в доступной форме доносили широким массам суть политики большевистской партии. Изображения дополнялись лаконичными стихотворными текстами, написанными Владимиром Маяковским, Демьяном Бедным и другими поэтами революции. (В своей работе «Грозный смех» Маяковский так писал об «Окнах»: «Это протокольная запись крупнейшего трехлетия революционной борьбы, переданная пятнами красок и звоном лозунгов. […] Это телеграфные вести, моментально переданные в плакат, это декреты, сейчас же распубликованные на частушки, это новая форма, выведенная непосредственно жизнью, это те плакаты, которые перед боем смотрели красноармейцы, идущие в атаку, идущие не с молитвой, а с распевом частушек».)
Между тем молодой республике Советов требовалось обороняться от врагов; об этом постоянно твердили «Окна РОСТА», и в 1920 году это изменило жизнь Владимира Голицына. Подошло время ему призываться в Красную армию, однако идти туда ему совсем не хотелось. Тут в Богородицк к родственникам приехал молодой биолог Зенкевич, впоследствии ставший академиком, известным на весь мир ученым-океанологом. Оказалось, что он формировал экспедицию и набирал кадры для биологической станции, только что организованной на берегу Кольского залива близ города Александровска, и ему был нужен художник. Каким-то образом Владимир получил метрику, что он родился не в Бучалках, а в Богородицке, и раздобыл справку, что он является матросом крейсера «Аскольд» и направляется в распоряжение Зенкевича как художник высокой квалификации, тогда как крейсер этот после Октябрьской революции был интернирован французами в тунисской гавани Бизерте и потому матрос с него никак не мог в 1920 году оказаться в Богородицке.
Как бы там ни было, Владимир Голицын отправился в Заполярье, где только еще собирались основывать город Мурманск. Там, на Кольском полуострове, он по заданию биологов зарисовывал всевозможных морских существ и одновременно для себя рисовал в альбомах карандашом и акварелью мурманские пейзажи, разные жанровые сценки и карикатуры на членов экспедиции. В этих разнообразных рисунках, особенно в пейзажах, впервые проявился его незаурядный талант художника. Некоторые письма родственникам Владимира тоже сопровождались рисунками.
