Олег уже почти три года знал этих людей и понял, что ближайшие полчаса ему не удастся вставить ни слова, поэтому откинулся на спинку стула, помешивая ложкой какао.
– Перед другими людьми, – ответил Санек.
– И какой в этом смысл? – не унималась студентка. – Если все делают всем приятное, по типу добро за добро, то все люди в среднем и останутся такими же счастливыми, какими они могут сделать сами себя.
– Вот именно! – обрадовался Санек.
– Да нет же! – нахмурилась Саша. – Я имею в виду – зачем усложнять? Жить ради другого, который будет жить ради третьего, и так далее, в надежде, что один из этой цепочки проживет ради тебя.
– Необязательно уходить так далеко, – вмешался Александр, поправляя очки. – Может, повезет и придется жить для любимого человека, а он будет жить для тебя. Все очень просто.
– В любом случае это излишнее усложнение, хоть и всего на один шаг, – уверенно ответила ему Саша. – А где гарантия, что тот другой человек будет жить ради тебя? Зачем вообще эти раболепские сложности, согласно которым надо отдаваться миру в надежде, что он вернет тебе что-то. Это альтруизм, на котором многие паразитируют. Зачем давать им такой шанс? Я недавно прочла одну книгу…
Олег уже не слушал урок, обратив все свое внимание на телефон.
Милана написала короткое сообщение об успешном окончании переговоров и больше не отвечала. Зато в одном из ее аккаунтов в соцсетях появилась история бурного празднования в одном из баров Варшавы. Она была в центре пестрой компании поляков, пьющих горячительные напитки, поющих и танцующих в зале для караоке. Олег внимательно просмотрел каждую секунду видео, но нигде не увидел Альберта Мечика и успокоился. Что может быть приятнее отсутствия соперника возле твоей жены? Пусть даже соперник и не знает, что ты с ним соперничаешь и даже романа на стороне как такового нет. Наверное. В любом случае Олег тоже порадовался за успешное окончание переговоров, написал Милане еще две дюжины сообщений и в радостном расположении духа, хотя и с чувством легкой горчинки из-за бесполезно проведенного ради себя дня пошел спать.
Следующие несколько дней он наказывал себя за такой проступок двойной работой и подготовкой к возвращению Миланы. Как верный служитель принципам чести, совести и достоинства он постарался выбить из себя тягу к счастливому времяпрепровождению. Соблюдал нравственный пост и старался больше не вылезать из кокона до приезда жены.
Милана и Альберт триумфально вернулись из очередной, в этот раз самой успешной для них командировки. В Восточной Европе Maple снова мог брать комиссию за покупки в своем магазине в размере пятидесяти процентов. Милана ликовала, собрав вокруг себя всех сотрудников московского офиса, а ее бледный, страдающий от ссор с женой босс смущенно ретировался в свой кабинет и заперся там наедине с проблемами. Приехав за женой и видя, как поздней ночью на всем этаже бизнес-центра еще горит свет, Олег представлял себе сцены оргий из «Волка с Уолл-стрит», разве что вместо девушек легкого поведения ему чудились стриптизеры. С другой стороны… ему уже надоел страх потерять Милану. Это жгучее чувство рождалось в глубине его подсознания и жаркими гейзерами било наружу. Оно было неподконтрольно и над этим уже следовало задуматься. Жестокое сдерживание своих личных желаний и эмоций давало обратный эффект.
– Пр-ривет, дорогой! – прокричала Милана, появившись из дверей бизнес-центра, и впилась в губы мужа.
Она сунула голову в открытое окно водительской двери, не в силах терпеть лишние несколько метров, и пыталась слиться с Олегом в вихре продолжающегося в ее мыслях веселья.
– Хорошо отпраздновали?
– О да! Я была в центре внимания! Наши юристы поработали так здорово, что даже обезьяна смогла бы договориться с регулятором. Как же мне повезло со сварливой женой босса, заставившей его потерять эту победу!
Милана уже села на пассажирское сидение и улыбалась самой игривой в мире улыбкой. В этот момент она была вылитой Марией Магдалиной. Ее руки были где угодно, кроме тех мест, где положено быть рукам скромной леди.
– Но если где-то убыло, – она сделала паузу, чтобы в очередной раз хихикнуть, – то где-то прибыло. Кто самая офигенная красотка?
Олег хотел в привычной ему манере честно ответить на этот вопрос, но, подстрекаемый зародившимися внутри переменами, решил сделать паузу, которая, к его удивлению, стала самым лучшим ответом. За него поцелуем сказали губы. Понимая, что никакими своими действиями он не в силах контролировать страх потери самой офигенной в мире красотки, он примерил на себя маску нарочитого хладнокровия. Раз уж не можешь барахтаться против течения, то расслабься и позволь ему вынести тебя на твое истинное место.