Милана все-таки опоздала и на ходу пыталась запустить трансляцию на телефоне. Ее, как и большинство гостей, пустили в Концерт-холл с бокового входа, а парадная лестница была полностью отдана звездам. Потеряв уйму времени в шумной очереди к гардеробу и сдав шубу, она налегке смогла вырваться из плотных рядов неопрятного второго сословия почти к самым ногам неопрятного первого.
Когда запустилась трансляция на мэйфоне, Милана уже стояла у красной дорожки, только с другой стороны, и между ней и звездами высились хмурые охранники, а также тянулась веревка с надписью «Проход запрещен», но Милана старалась снимать так, чтобы неприглядные вещи оставались вне кадра. Первые зрители увидели ее восхитительное откровенное платье, но, в отличие от откровенных платьев иных знаменитостей, не кричащее о вульгарности, ведь по сравнению с пошлейшим от природы пылким взглядом Миланы любая одежда казалась скромной и даже стесняющей ее знойный нрав. Те же, кто смог отвести от женщины глаза, видели позади нее помпезные древнегреческие колонны с каннелюрами, свисающие с далекого потолка дворцовые люстры, ступени через каждые несколько метров, словно ведущие к олимпу славы, и лежащую вдоль всего прохода красную дорожку, прижатую к полу ковродержателям, чтобы идеально облегала ступени.
