В эти дни Джок Финли занимался своими делами. Следил за тем, как Джо снимал отдельные короткие сцены. Беседовал с Мэннингом. Консультировался по радиотелефону с Марти Уайтом и Нью-Йорком насчет планов, сроков, рекламы, сбыта. Все это время он с нетерпением ждал съемок большой сцены. Успех Риана лишь усилил его желание сделать все с Карром. Решимость актера, его стремление превзойти Риана радовали Джека.
На пятый день тренировок, когда Аксель массировал спину Карра, Джок постучал в дверь трейлера. Дейзи открыла дверь и сообщила Карру о приходе Джока. После затянувшейся паузы Карр предложил режиссеру зайти.
Финли посмотрел на мощную, загорелую спину Карра, на его упругие мускулы и улыбнулся:
— Теперь вы можете сразиться с Кассиусом Клеем.
— С Джо Луисом, — поправил его Карр.
Это была шутка. И уточнение.
— Я захотел узнать, как идут дела, — сказал Джок.
Его голубые глаза выражали уважительное смущение. Карр молчал.
— Я… я бы хотел спланировать работу. Когда, по-вашему, вы будете готовы, Прес?
Теперь, когда Джок задал конкретный вопрос, Карр ответил:
— Аксель считает, что через два дня. Верно?
Не прерывая массажа, Аксель кивнул.
— К пятнице? — вычислил Джок. — Может быть, тогда уж к понедельнику? Вы отдохнете день-два во время уик-энда.
— Понедельник? — спросил Акселя Карр.
— Конечно, — ответил Аксель.
Джок кивнул, улыбнулся.
— Что говорит доктор? — спросил он.
— Все в порядке, — сказал Карр.
— Отлично! — радостно произнес Джок и добавил: — Знаете, я скучаю по нашим встречам в конце рабочего дня за бокалом спиртного. Мой трейлер забит вашим любимым виски. Когда вы начнете снова пить?
Карр не ответил ему; улыбнувшись, он повернул голову в другую сторону, поскольку Аксель принялся массировать его шею. Джок понять что он отчасти потерял этого человека. То ли его дружбу, то ли уважение.
Он покинул трейлер с натянутой улыбкой. Ступив на землю, увидел Дейзи, которая принесла бутылку спиртного из запасов Акселя. Она ничего не сказала. Но ее глаза обвиняли Джока.
— Привет, — с большой теплотой произнес он.
— Привет, — бесстрастно отозвалась она.
— Я бы хотел поговорить с тобой, когда все это кончится, — произнес он.
— Зачем? Что ты хочешь сказать?
Она была способна на наивную прямоту, всегда удивлявшую собеседника. Люди, слышавшие из уст Дейзи сочиненные кем-то слова, с трудом привыкали к ее собственной простоте и непосредственности.
— Ты действительно хочешь знать? О'кей! Ни один мужчина не проник в твою душу. Ни один. Ты это знаешь? — спросил он. — Конечно, знаешь. Тебе, несомненно, уже говорили это.
Она пожала плечами. Ушла от ответа, задав вопрос:
— Прес сказал, когда будет готов?
— В понедельник. Мы начинаем в понедельник.
Дейзи задумчиво кивнула. Оба помолчали. Казалось, что она сейчас о чем-то спросит. Джок ждал ее вопроса. Но она вспомнила о бутылке, о поручении, и направилась к трейлеру.
Джок посмотрел ей вслед. Какая пытка, сказал он себе, неделями видеть эту девушку в своем трейлере и не заниматься с ней любовью. Тем более для такого сексуального человека, как Престон Карр.
Джок Финли зашагал по лагерю и внезапно остановился. Посмотрел на трейлер Карра. С чувством сожаления и одиночества осознал: что бы он ни думал о ней, ее странностях, болезни, связях с сотнями режиссеров, актеров, агентов, психоаналитиков и Бог знает с кем еще — может быть, даже с заправщиками на бензоколонках, — он по-своему любил ее. Скучал по ней. И если бы ему представился шанс… возможно, он еще представится… кому известно, как долго продлятся ее отношения с Карром… он, Джок, вернулся бы к ней. Выяснил бы причину. Потому что он тешил себя тщеславной надеждой на то, что, если бы Дейзи не считала себя обязанной идеально выглядеть, учить слова, играть, нести ответственность за многомиллионные вложения, если бы она сбросила со своих плеч это бремя, она смогла бы стать женщиной. Для одного мужчины.
Да, он должен это выяснить. Когда-нибудь.
Некоторые женщины выходят замуж за алкоголиков, чтобы помочь им. Некоторые мужчины женятся на красивых, но психически больных женщинах, чтобы вылечить их. Это всегда было благородным заблуждением, в основе которого лежит своя патология.
В понедельник утром погода стояла почти идеальная: небо было ясным, голубым, редкие облака, висевшие над вершинами гор, быстро исчезали, когда солнце поднялось. Пустыня была сухой, воздух — прозрачным.
Джо Голденберг собирался работать с фильтрами Ф-10.
В лагере царила благоприятная атмосфера. Все происходило четко, по плану — подача завтрака в шесть, загрузка машин, формирование каравана, прибытие на натуру.
Джок несколько раз слетал из лагеря на место съемки и обратно. Если все были возбуждены, то Джок пребывал в состоянии лихорадки. Творческий человек может почти безошибочно почувствовать приближение великого момента. Писатель ощущает это кончиками пальцев. Примерно то же самое происходит с актером. Художником. Режиссером.
