— Послушай, мне сказали не распространяться об этом, пока ты не подпишешь бумаги. Но Одри не моя девушка. Просто в Голливуде так принято. У нее есть парень в родном городе. Да я почти не целовался с ней.
— Значит, ты притворяешься, что она твоя девушка? — спросила Лана, освободив руку и повернувшись ко мне лицом.
— Да. Скоро выходит фильм, и мой пиарщик подумал, было бы неплохо создать шумиху. — Я был не совсем честен с ней. — И у меня вроде как была довольно плохая репутация. Я хочу, чтобы меня воспринимали всерьез, так что вроде как правильно показать всем, что я угомонился. — Синклер бы просто с катушек слетел, если бы узнал, что я рассказал это все Лане без защиты соглашения о конфиденциальности.
Она положила руку на бедро и прищурилась.
— Ты просто врешь всем?
— Это Голливуд. Вот как это работает. — Я подошел ближе, но она отступила. — Ты мне нравишься. Я… — Как я мог объяснить, что с тех пор, как подписал контракт с Одри, не трахал никого, кроме пары случайных девушек? Я бы показался придурком. Но мне понравилась Лана. Мне понравилось, как она выкручивала мне яйца, а не согласилась на повтор. Мне пришлось по душе, что договоренность с Одри показалась ей чуждой, потому что когда кто-то об этом думал, это было чертовски нелепо. Мне даже понравилось, как она посмотрела на меня так, словно я был задницей, раз согласился на это. — Ты мне нравишься, иначе я бы не поцеловал тебя. Ты даже не представляешь, какую взбучку задал мне Синклер за то, что я переспал с тобой без соглашения. Но ты стоила этого риска. Когда ты рядом, я не думаю обо всем этом дерьме.
Лана закатила глаза и вернулась за стойку.
— Я сражена твоим комплиментом.
Она могла не знать этого, но отношения с ней были чертовски важны — моя репутация, карьера, будущее были поставлены на карту.
— Так ты ничего не скажешь? Если таблоиды узнают, они сделают из меня обманщика.
— На самом деле, ты просто лжец. — Она открыла холодильник и начала убирать продукты, которые принесла, практически бросая вещи на полки.
— Эй, я не лжец. — Хотя я и не говорил правду всему миру. — В любом случае, моя договоренность с Одри продлится до тех пор, пока мы не закончим рекламу фильма. Она выходит из дела. Она только что обручилась.
— Невероятно. — Лана покачала головой. Казалось, я сделал все лишь хуже, уж точно не лучше.
— Просто так принято в Голливуде. Вся наша жизнь — это шоу. И я такой не единственный. Ты знаешь Брэдли Барта? У него контракт с той моделью.
Она нахмурилась.
— Не будь смешным. Я только что прочитала о них в этом журнале. — Она указала на таблоид с моим лицом на обложке. — У них только что родился ребенок.
— Он голубее всех голубых на свете. Это не его ребёнок.
— Что ж, к счастью для меня, я никогда не спала с Брэдли Барта, но спасибо за предупреждение.
— Лана, давай же. Войди в мое положение. Если бы кто-нибудь узнал, что я рассказал тебе, от меня бы все отвернулись.
Она пожала плечами, взяла яблоко из миски на стойке и направилась к дивану.
— Так не рассказывай мне ничего и уходи из моего дома.
Я вздохнул. Мне надо было просто уйти. Но мы не могли избегать друг друга. Ради всего святого, мы жили по соседству. Кроме того, я хотел узнать ее поближе. Наша совместная ночь была намного лучше, чем я думал — Лана была забавной, сексуальной и знала, чего хочет. И я не насытился ею, когда нас прервали.
— Я собираюсь выпить пиво на балконе. Буду рад, если ты присоединишься ко мне.
Она откинулась на спинку дивана.
— Позови свою девушку.
— Блядь, Лана. Я же сказал, она не моя девушка. — Пробежался пальцами по волосам. Она вообще меня не слушала.
— С чего бы мне верить хоть единому слову, вылетающему из твоего рта? Ты врал обо всем. — Она включила телевизор, явно игнорируя меня.
— Нет, на самом деле, нет. Одри мне не девушка...
— Даже если это правда, — сказала она, поворачиваясь ко мне, ее глаза сияли от негодования, — во что мне очень трудно поверить, учитывая то, что я читала о вас двоих, ты все равно не сказал мне, что известен.
— Я сказал тебе, что я актер. Если ты не ходишь в кино или не читаешь гребанную прессу, почему я мудак? — И да, мне понравилось, что она, казалось, не узнала меня, но разве это преступление?
Лана постучала пультом по колену, уставившись в телевизор. А через пару секунд объявила:
— Я не знаю, почему ты мудак. Просто знаю, что это так.
Она была явно разочарована. Меня смешали с грязью, но я не сделал ничего плохого.
— Ладно, пойду свожу свою мудацкую задницу на пробежку, — ответил я, поворачиваясь к двери. — Наслаждайся журналом.
Должно быть, это был первый раз, когда актеру отказали, потому что он был знаменит. Разве должно быть не наоборот?
Но ведь я обрадовался тому, что она меня не узнала. Лана хотела меня, Мэтта, а не какую-то голливудскую фантазию. Полагаю, я не мог получить все. Приехав в Уортингтон, я хотел реальности, и мое желание исполнилось.
Глава 11
