Они скорчили друг другу кислые рожи, пока Брэдли наносил последний слой краски на букву "З". Вчера поздно вечером в город въехал дилижанс. Группа туристов на пути в Калифорнию. Придурки, все до единого, стремящиеся заполучить золото и сколотить состояние на заднице Америки. Слишком дешево или глупо ехать на поезде. Ослепленные рассказами о беззаконном Западе, они надеялись срезать через Чизхолмскую тропу и отправиться через Техас и дикие туземные земли. Две пары, ехавшие в карете, вполне походили на городских пижонов из Нью-Йорка. Они, казалось, были ошеломлены тем, что бордель и бар были пристроены к самому отелю. Идея одной остановки для всех нужд, должно быть, была чужда в больших городах.
Однако не они были главной причиной беспокойства. Это было последнее, что ехало рядом с каретой, что заставило их обоих вздрогнуть от беспокойства. Ее звали Мэри Джо. Последние пару лет о ней ходили слухи и небылицы. Она сквернословила и была готова к драке, где бы она ни появилась. Ее язык был так же опасен, как и пистолеты, висевшие у нее на поясе. Известная художница, которая сцeпилась с шерифом Абилина, известным пьяницей и игроком "Диким Биллом" Хикоком. Кензи слышала эту историю от погонщиков скота, когда они возвращались в Техас. Мэри Джо была очень пьяна и одета только в свою наготу, пытаясь нарисовать автопортрет на стене гостиничного номера. Когда она бежала из города, Хикок сказал, что в своей жизни он сражался с двумя медведями и с радостью сразится с третьим, лишь бы не связываться с ней снова.
И вот теперь она добралась до Дункана. Один только Господь знает, какие неприятности она принесет с собой.
- Нам нужно только продать ей специальный пакет услуг, - Кензи смотрела в пространство, пока говорила. - И спрячь остатки краски, когда закончишь. Не нужно подавать ей идеи.
Брэдли хмыкнул. И спустился по шаткой деревянной лестнице.
- Мне она не показалась такой уж плохой. На самом деле, она была довольно приятной. Я думаю, что она, возможно, была немного мила со мной.
Кензи рассмеялась и топнула ногой по пыльной земле.
- Не может быть, чтобы она нашла твою глупую улыбку чем-то приятным. И это ситечко для супа у тебя на губе. Ты похож на одну из тех полицейских собак с Севера. Как же они называются?
- Шнауцеры. Царственные собаки.
Она хлопнула себя по бедру, и слезы покатились по ее щекам.
- У тебя получилось! Шнауцер! Ты выглядишь так же царственно, как чертова ласка!
- Для того, кто так хорошо владеет словами, ты иногда бываешь злой и некультурной, Кензи. И причиняешь боль.
- А-а-а. Не расстраивайся, Брэдли. Я принесу тебе одну из суповых костей, чтобы ты грыз ее, пока твоя голая разбойница не спустится, чтобы написать твой портрет. Может быть, она и за ушком почешет.
Он попытался пристально посмотреть на нее, но блеск в глазах выдал его.
- Мне кажется, вы ревнуете, мисс Кензи. Боишься, что она схватит меня и увезет из этого города на двух лошадях?
- Я с радостью отдам ей обеих лошадей, если она согласится.
- А кто же тогда будет подавать напитки посетителям вашего прекрасного заведения?
- Мари. Тара. Тина. Индейский мул. Лана. Белла. Эмбер. Тедди.
- А теперь придержи лошадей на секунду. Тедди – известный пьяница и вор.
- Вот почему он был моим последним выбором.
- А мул был раньше большинства девушек?
- Это просто логично.
- Может быть, ты немного права. Я пришлю тебе письмо, как только мы устроимся в нашем замке. Где-нибудь у воды, где я смогу зарыться пальцами ног в песок и смотреть на волны.
Кензи серьезно посмотрела на него.
- Возможно, ты слишком замечтался.
Он улыбнулся ей своей кривой усмешкой.
- Видишь? Я знал, что ты не сможешь вынести мысли о том, чтобы остаться без меня.
Она хлопнула его по спине и рассмеялась.
- Заходи. Мы должны поднять дам. Думаю, наши гости уже спустились и ждут завтрака.
Брэдли остановился и посмотрел на свежую краску. Он поморщился, увидев, что дешевая красная краска немного стекает по дереву.
