Посмотрев по сторонам, никого, не обнаруживая в раздевалке, я тяну Настю к окну, которое выходит на проезжую часть.
— Видишь на другой стороне серый БМВ.
— Ты серьезно? Ты хоть представляешь, сколько их по городу, — хохочет она.
— Ты как будто в облаках летаешь, — напрягает. Она реально не в курсе? Или умело притворяется? — Он постоянно здесь, а потом за тобой катит до самого метро. Всегда одна и та же машина. И ее же я видела у охраны Макара.
Она переводит взгляд на меня, и я буквально чувствую следующий вопрос, но решаю напасть первой.
— Откуда…
— Ты его любовница, и он тебя охраняет? — заявляю я отчаянно и вижу, как от шока она почти вытаращила глаза из орбит.
— Нет, — прочищая горло, говорит она. — Точно нет.
— Чем докажешь? — сразу напрягаюсь я. Ненавижу вранье.
— С какой стати я должна что-то доказывать тебе? — вскидывает подбородок, и отворачивается, стремительно двигаясь к выходу. Но я должна знать правду. Должна знать, что, если я приду к нему с просьбой сделать мне ребенка, не застану его с кем-нибудь вроде Насти. Хотя, как это узнать… Не предугадаешь.
— Потому что я люблю его, — говорю ей в след. Слова, которые я даже про себя боялась сказать. Я все еще его люблю. Скучаю. Мне невыносимо без него. Прикладываю голову к стеклу окна и чувствую руку на голове.
Пора заявится к Майе что ли. Рядом с той парой мне всегда спокойно. Только вот спокойствия больше не хочется. Надоело находиться в вакууме. Надоело ничего не делать. Надоел Макар, который не звонит!
— Я не сплю с ним, — говорит Настя очень серьезно.
— С ним особо и не поспишь, — смотрю с ухмылкой, стираю слезу, и Настя закатывает глаза. Что она там себе уже напридумывала.
— Я с ним не трахалась, даже не целовалась, зуб даю, — щелкает она возле рта, и я понимаю, что глупости это все. И просто нужно уточнить у Макара. Сорвать этот пластырь, который сдерживает рану на сердце. Просто понять, к чему в итоге привели наши отношения, мои страдания. И выяснить, хочет ли он еще выполнить свое обещание.
— Ну пойдем тогда пить кофе и записываться на курсы, — беру я сумку и подхватываю Настю под руку. Надо еще будет Лане позвонить, та совсем пропала.
— Они есть? Я думала ты их придумывала, — привлекает мое внимание Настя, и я киваю.
— Есть, есть. Пойдем.
Я сводила ее в кафе, потом помогла записаться на курсы, а когда осталась одна, поняла, что смогу пешком дойти до Макара. Только вот я не шла. Я бежала. Бежала в неизвестность. Бежала в одержимость. Бежала в любовь. И пусть она обожгла мне душу, я никогда не захочу изменить прошлое, потому что лучше один раз такое испытать, чем жалеть, что такого не было.
Когда я оказалась перед входом в «Голод», охранник сказал, что босс уже дома. Что странно, учитывая, что время шесть часов вечера.
Я долго стою перед дверью, долго смотрю на метал обклеенный черной пленкой и вспоминаю, как, не добравшись до пола, Макар взял меня прямо у нее. Вбивал в гладкую поверхность и рычал зверем.
Мне было хорошо. С Макаром всегда хорошо. Но сейчас важно другое. Готов ли он? А главное, готова ли я?
Заношу руку над дверью, как вдруг она открывается сама собой, а меня внутрь затягивает влажная рука Макара, тело которого источает острый запах пота, и от него же блестит.
Смотрю ему за спину в страхе увидеть девушку, но вижу лишь гантели и колесо для прокачки брюшного пресса.
— Почему не в зале? — задаю я вопрос и боюсь поднимать взгляд.
— От воздержания стал бросаться на людей. Для их же безопасности большую часть дня остаюсь дома, — говорит он и гладит бугорок груди, прижимая меня ладонью к той самой двери.
— Это проблема… — говорю тихо, глухо, смотрю вниз на эту самую проблему, и чувствую давно забытое тепло внутри живота.
— Я надеюсь, ты пришла ее решить? — упирает он руки возле моей головы в дверь и наклоняется, обдавая меня горячим, рваным дыханием.
— Если… Ты ответишь на пару вопросов.
— Давай.
— Почему не звонил?
— Дал тебе время принять решение.
— Кто такая Настя?
— Подруга бывшего Армейского товарища. Попросил присмотреть чтобы не гульнула.
И все? Так быстро? Так четко?
— Еще вопрос.
— Не вопрос, — усмехается. Сволочь красивая. И тело, от которого слюнки текут. И лицо. — Только потом ответишь на мой.
— Ладно… — киваю я и, тяжело вздыхая, спрашиваю: — Когда Данила протянул результат…
— Я уже знал, что там будет, — опередил он вопрос, наклонился к самым губам, вызывая во мне давно забытый трепет. Он говорит, что знал, и мне хочется ему верить.
— Теперь мой.
— Слушаю, — еле слышно шепчу, смотрю в дьявольскую глубину.
— Зачем ты здесь?
Вот он рядом. Любимый. Родной. Дикий. Неудержимый. Опасный. Обычно стоит ему ко мне приблизиться, можно выжимать трусы.
Завожусь с пол оборота. Кончаю от мысли, как он будет меня трахать. Обычно. А сегодня ничего… И даже мысли, что секс с ним необходимость не дает нужной установки в мозг.
Но я знаю, зачем пришла, поэтому выдыхаю:
— Ты мне должен.
