Поначалу Владлен подумывал было незаметно уйти – он-то, в сущности, был в оргструктуре никем, оформлен на договор, а бо́льшую часть зарплаты получал либо в конверте, либо переводами на карту. Апокалипсис, обрушившийся на «Мульти-Пульти», Владлена не радовал (нужно было срочно искать новую работу), но особо и не беспокоил: делов-то, продергает свои контакты, да через пару недель выйдет к «Ультра-Котикам» или «Петечкам» на плюс-минус те же условия и с плюс-минус теми же обязанностями. Оставались, конечно, текущие финансовые вопросы – необходимость через неделю платить за квартиру, что-то есть и как-то передвигаться по городу, – но это были сущие мелочи по сравнению с тем, через что сейчас проходил генеральный директор, и с тем, что ему еще предстояло.
Когда Влад аккуратно отступил на шаг в сторону двери из-за спины парализованного ужасом Костика, крокодиловый чуть склонил голову, посмотрел на него в упор и погрозил пальцем, как ребенку. Влад прирос к полу и больше не рыпался.
– Как с этим вопросом решишь, – закончил свое выступление крокодиловый, – то будем считать обязательства закрытыми. Дальше я актив с себя формально снимаю, можешь на себя переоформить, можешь обанкротить, – мне, по правде говоря, насрать. Главное, чтобы этого говна у меня на балансе холдинга не было. А бабло, наоборот, чтобы у меня было. Давай, Константин Витальевич, жух-жух-жух.
Эти жухи бритоголовый сопроводил движением локтями, как у бегуна на короткие дистанции, не меняя при этом своей вальяжной позы.
Влад осознал, что впервые за всё время работы в стремительно идущем ко дну агентстве узнал отчество своего непосредственного начальника.
Крокодиловый встал и пошел к выходу сквозь руководство «Мульти-Пульти»; Костик увернулся с его траектории, а Влада гость сильно и намеренно задел плечом, сметя со своей дороги. В дверях он словно что-то вспомнил, щелкнул пальцами и обернулся.
– Там, Константин Витальевич, хозяева твои бывшие нахуевертили и с уклонением от налогов, и с коррупционными делами, и с незаконными офшорными операциями, и посерьезнее еще с чем… А ты у нас, как я по бумагам посмотрел, не догадался номинала гендиром сделать, да?
Это был явно риторический вопрос, но Костик ответил на него воем сквозь стиснутые челюсти.
– Ну вот, – удовлетворенно продолжил крокодиловый. – А борьба с коррупцией является сейчас приоритетной задачей для правоохранительных органов! Про это у нас с тобой отдельный разговор будет, когда текущие задачи закроем. Ну всё, не вешать нос, гардемарины!
С этими словами страшный человек наконец-то ушел.
Костик упал на колени там, где стоял, и шумно, некрасиво заплакал.
Влад замялся и поудобнее перехватил чехол с ноутбуком, который всё это время оттягивал ему руки.
С одной стороны, хотелось поскорее уйти и забыть о сегодняшнем дне, как о страшном сне, дома напиться до бессознательного состояния, а завтра начинать устраивать свою дальнейшую профессиональную жизнь.
(Если бы Владлен поступил именно так, то спас бы жизни и души полудюжины людей.)
С другой стороны, низверженного генерального директора было по-человечески жалко.
– Да ладно, Кость, не в первый раз же у тебя такое, – осторожно сказал он в трясущуюся спину.
Костик ударил кулаком по полу и замотал головой. Такое у него было именно что в первый раз.
– Блин… Ну, может, как-то…
– Да как, – навзрыд ответил Костик, за десять минут превратившийся в Константина Витальевича. – Ну, бэху продам, часы заложу… Это тридцон максимум. Хата съемная у меня. Ну, назанимаю еще десять-двадцать, больше не дадут, все ж как последний день живут. Там всё, вариантов нет.
Влад собирался было сказать, что на первое время кредиторам хватит, а потом что-нибудь решится, но сам понял, что – не хватит и не решится. Тут он кое-что вспомнил.
– Кость, слушай, ну ты ж сам говорил – надо самому себе помочь, иначе никто не вывезет. Только собственными силами! Ты сам всё сможешь, надо только собраться, заставить себя. Открыть самому себе дверь.
Звучало это неубедительно и тупо, но генеральный директор неожиданно резко успокоился.
– А ты прав, Владлен.
(Влад, привыкший к издевательской кличке Ленин, не сразу понял, что обращаются к нему.)
Костик неуклюже встал с колен, отряхнул штанины и шмыгнул носом. Лицо у него было ярко-красным.
– Решим, – рубанул гендир. – Откроем. Только знаешь, что… У меня голова не работает нихера, бахнуть надо. Завтра всё раскидывать начну. День пиздец выдался…
