— Мать, у нас пальчиковые батарейки есть?
— По-моему, закончились. — Мама отвела взгляд от разделочной доски. — Отец, переложи, пожалуйста, в тарелку вермишель конняку.[51]
Тот, кивнув, пошёл на кухню.
Глядя на родителей, молча занимавшихся подготовкой ингредиентов для сукияки, Акуцу подумал, какими спокойными они выглядят. Как только начинаешь работать, кажется, что ход времени ускоряется, а ведь родителям уже по 65…
Отец, работавший в аптеке рядом с многопрофильной больницей в двадцати минутах езды на машине от дома, за исключением дней, когда ему приходилось задерживаться на работе, или вечеринок накануне Нового года, ужинал дома. Он любил бывать один: неподвижно сидел перед доской для игры в го[52] или внимательно смотрел по телевизору передачи про рыболовство. Акуцу считал, что отец никогда не говорил дома о работе потому, что на рабочем месте сдерживал себя. Он тщательно выполнял свои обязанности, но сверх этого ничем не интересовался. Абсолютно в духе отца было, например, активно участвовать в обучающих семинарах и при этом иметь очень скудные знания об имеющихся на рынке лекарствах. В этом смысле изготовление японских кукольных домиков по определённому шаблону было для него самым подходящим хобби. Когда ему исполнилось 60 лет, он стал работать по контракту, а в прошлом году, достигнув 65, ушёл со службы. Раньше мама время от времени работала на полставки, а теперь, занимаясь домашними делами, одновременно рассматривала не предназначенные для жизни дома, созданные мужем.
— Как ты съездил в Англию? — промывая откинутую в дуршлаг лапшу конняку, спросил отец. — Спасибо за чай. Вкусный.
Речь шла о чае, привезённом в подарок. Акуцу вспомнил выражение лица Тории, тыкавшего кончиком ручки в картонную коробку, и тут же ощутил терпкий вкус чая.
— Все неприветливые, будто сговорились. Даже в ресторанах многие выглядят угрюмо.
— Почему же? Ведь, улыбаясь, они привлекут больше посетителей.
Резавшая грибы-вёшенки, мама удивлённо улыбнулась.
— Эйдзи, достань пиво, — попросил отец.
Встав с дивана, Акуцу направился к холодильнику, достал две банки пива, стеклянный чайник с пшеничным чаем для мамы и поставил их на стол. Куски говядины с мраморными прослойками[53] выглядели потрясающе и были такими яркими, что хотелось их сфотографировать.
— Какое хорошее мясо…
— Не говори. Как увидел, влюбился с первого взгляда, — гордо произнёс отец. Ради сына, который не так часто радовал родителей своими визитами, он специально ездил за мясом в Санномию.[54] Акуцу поблагодарил отца и налил ему пива.
— Ну что, начнём?
По команде отца началось приготовление сукияки. Мама налила в набэ масло и опустила туда большие куски говядины. Посыпанное сахаром и залитое соевым соусом, мясо аппетитно зашипело, и Акуцу буквально заурчал от удовольствия. Мама положила первый кусок в его пиалу, где было разбито сырое яйцо, и он тут же отправил его в рот. Ощущение мягкости и сладости в сочетании с вязкостью сырого яйца было настолько изумительно, что он застонал от восторга.
— О, как же вкусно…
Глядя на довольного сына, родители в один голос повторяли: «Ешь, ешь побольше». И хотя ему уже исполнилось 36 лет, Акуцу было приятно, что с ним обращаются как с ребёнком.
Говорили в основном о сезонных блюдах и о детях родственников. Но особенно оживился разговор, когда заговорили о Го, сыне старшей сестры Акуцу. Двухлетний племянник, хоть ещё и плохо, но уже начал соединять слова и выражать свои желания.
— Всё-таки девочки развиваются быстрее… Го-кун только повторяет: «Сэнбэй,[55] дедушкин сэнбэй», — с улыбкой рассказывала мама о своём внуке.
— Надо бы съездить к сестре, давно не был…
— Съезди, поиграй с Го-куном. Аой тоже иногда надо отдыхать от сына, а то она постоянно в напряжении.
Сестра четыре года назад вышла замуж за служащего из Осаки и ушла из компании, занимающейся организацией международных конференций и научных симпозиумов. Хотя жила она не очень далеко от Акуцу, но из-за занятости они не виделись уже больше полугода.
Родители всегда были далеки от политики, культуры, искусства и интересовались лишь повседневной жизнью. Акуцу помнил, что в подростковом возрасте ему было довольно скучно с сестрой, старше его на три года. Однако когда у неё появился ребёнок, а сам он начал работать в отделе культуры, куда всегда мечтал попасть, ему стала понятна ценность спокойной жизни.
