– И после этого она, конечно, встретит меня с букетом цветов и угостит шоколадными конфетами. Ради бога, не говори глупостей. Кейд, дом принадлежит ей, и я не хочу навязывать твоей матери свое присутствие.
– Да, с ней довольно трудно иногда общаться, да, часто бывает трудно, но она не бессердечный человек.
– Поэтому-то она и не примет женщину, которую считает повинной в смерти своей любимой дочери. Не спорь со мной об этом, – и голос Тори дрогнул, – мне это больно.
– Хорошо. Если ты не хочешь поехать ко мне, я отвезу тебя в дом к дяде.
– Нет. Пусть моя позиция тебе покажется нелогичной, нелепой, но я должна остаться здесь. Здесь мое место, Кейд, и я не отступлю.
– Но ты ведь не на поле боя.
– Для меня это почти то же самое… Я так часто отступала. Недавно ты сам назвал меня трусихой, и так оно и есть. Я почти всегда была ею. На этот раз я с этим не хочу мириться.
– Каким образом пребывание здесь сделает тебя храброй?
– Не храброй, нет. Но я не позволю ему выгнать меня отсюда.
И Тори взглянула на болото, которое под натиском приближающегося лета с каждым часом становилось все зеленее. В темной воде размножались москиты. Их писк звучал все громче и победнее. В темных водах скользила молчаливая смерть, аллигаторы. Там извивались змеи и ноги засасывала густая коричневая жижа. И в то же время там ярко цвели дикие цветы, и в вышине над болотом парил всевластным владыкой орел.
Не существует красоты в мире, не связанной с риском. И жизни без риска не бывает тоже.
– Когда я здесь жила ребенком, я всего боялась. Таков был образ моей жизни, и к этому привыкаешь, как к неизбежности. Когда я вернулась, я решила вытряхнуть из жизни эти воспоминания, словно пыль из ковра. А теперь он снова пытается меня запутать. Но я ему не позволю… Поэтому я останусь. Я уничтожу следы его пребывания в доме и останусь.
– Да, хотел бы я сейчас не восхищаться тобой… – И Кейд погладил ее по голове. – Мне было бы легче заставить тебя поступить по-моему.
– Ну, ты не очень-то умеешь заставлять. – И она в ответ погладила его по щеке.
– Тори, ты значишь для меня больше, чем я мог предполагать. Дай мне что-нибудь взамен, черт побери.
И он прижался ртом к ее губам. Господи, не хочет она, чтобы ее любили или желали, не хочет и сама чувствовать то же самое. Но он был рядом, и его присутствие оживляло все прежние ее желания.
– По-моему, я тебе дала уже все, что могла. Вряд ли можно дать больше. Неужели тебе этого недостаточно?
– На сегодня – достаточно. У тебя сегодня был ужасный день, правда?
– Да, не могу сказать, что это лучший день моей жизни.
– Тогда давай с ним покончим. И начнем сначала.
Кейд открыл дверь.
– Ты хотела вытравить его дух из дома? Так давай приниматься за дело.
Они трудились вместе два часа. Ей хотелось сжечь носильные вещи, к которым прикасался отец, она даже представила, как выносит их во двор, сваливает в кучу и подносит зажженную спичку. Но она не могла позволить себе такое транжирство. Вместо этого она все хорошенько выстирала.
Они перевернули изрезанный матрас. Придется купить новый, но пока сойдет. А если постелить свежее белье, то все вроде бы в порядке.
Они навели порядок в кухне, подкрепили силы сандвичами, и Тори сообщила ему, что собирается нанять помощницу.
– Хорошая мысль. – И он потянулся к пиву, с удовольствием отметив про себя, что она запасла для него несколько банок. – Ты получишь большее удовольствие от работы, если будешь иметь хоть немного свободного времени. Ты думаешь взять эту новую учительницу, Шерри Беллоуз? Я познакомился с ней и ее собакой несколько дней назад. Настоящий сгусток энергии.
– Да, и мне так показалось.
– Она привлечет в магазин много покупателей-мужчин. Девушка с отличными статями.
– Статями? Гм-м, ну и выражение. Все зависит от ее рекомендаций. Но я думаю, они у нее тоже отличные. Это, пожалуй, лучшая кандидатура.
И Тори убрала со стола.
– Тебе лучше?
– Да. Значительно. И я тебе очень благодарна за помощь.
– Я всегда принимаю благодарности. Она достала из холодильника кувшин и налила себе чаю со льдом.
– Стенной шкаф в спальне не очень-то большой, но я освободила там место. И в комоде есть пустой ящик.
Он промолчал. Он ждал.
– Ты сможешь перевезти кое-какие вещи, ты ведь хотел? Но это не значит, что мы живем вместе. Я никогда не жила ни с кем.
– Хорошо.
– Но если ты хочешь проводить у меня много времени, тебе понадобится место, где держать свои вещи.
– Очень практичный подход.
– Да иди ты к черту!
Он поставил банку на стол, обнял Тори и поднял ее с места.
– Что ты делаешь?
– Хочу с тобой потанцевать. С тобой еще не доводилось.
Она положила Кейду голову на плечо и отдалась чудесному ощущению его близости.
– Когда я ехала домой, то по дороге думала о тебе.
– Приятно это слышать.
– Я представляла себе, как Кинкейд Лэвелл отреагирует, если я, приехав, приготовлю нам хороший, вкусный ужин.
– Он бы это очень оценил.
– Но не пришлось. Что ж, в следующий раз. Но я еще подумала…
– О чем?
– Как бы Кинкейд Лэвелл отреагировал на то, если бы я стала его соблазнять?
