Услышав непривычно мягкие, даже просительные интонации в его голосе, она презрительно усмехнулась: ну конечно. Ему стала известна правда, и он теперь жалел Таню. Естественно, она прекрасно понимала, что это — самая обычная реакция на её «недуг» у любого нормального человека, но от этого было не легче: она не могла вынести к себе сострадание.
Поэтому Таня недвусмысленно покачало головой. И на всякий случай подкрепила свой отказ как можно более враждебным взглядом.
Но Макеев не собирался так просто сдаваться. К тому же, его ничуть не удивила её реакция: после всего, что она вытерпела от него, он другого и не ждал.
-Я знаю, ты не хочешь меня видеть, -примирительно согласился он.-Но я должен сказать тебе, как я жалею о своём поведении с тобой.-При этих его словах от неё не последовало никакой реакции, но, тем не менее, она не ушла, несмотря на то, что собрала уже все вещи. И это, безусловно, хороший знак.
Хотя девушка даже не взглянула в его сторону, и от этого говорить было тяжелее. Словно все его слова доносились в пустоту.
-Я вёл себя как последний кретин, и мне очень стыдно, -продолжал Саша, и это извинение далось ему трудно: не хотелось говорить ничего лишнего, что снова могло бы её задеть. Да и вообще ему редко доводилось вот так вот открыто признавать свою вину, да ещё и тогда, когда совесть совсем измучила. И равнодушие Тани совсем не помогало в этом нелёгком деле.-Пожалуйста, поверь мне, я сделаю всё, чтобы вернуть тебе телефон. А насчёт остального…-Он осёкся, когда она, наконец, посмотрела на него. Парень, в свою очередь, внимательно глядел на девушку, надеясь хотя бы где-то в глубине её черных глаз найти намёк на смягчение. Но Таня взирала на него с таким холодным равнодушием, что он еле нашёл в себе силы договорить: -Если можешь, прости.
Она никак не отреагировала. Вздохнув, Саша уже повернулся, чтобы уйти — а что ещё ему оставалось? Что мог, он уже сделал. До неё было сложно достучаться, и очевидно, он только мешал ей своими попытками наладить отношения.
Но в какую-то секунду мысль о том, что, видимо, Таня так и будет далека от него, его задела. Непонятно почему, осознание, что она, возможно, никогда не простит его, не давала покоя. Не выдержав, Макеев резко развернулся и воскликнул со странной тоской в голосе:
-Я не знал! Я думал, ты…-Она по-прежнему не подавала никаких признаков смягчения, и он почувствовал, как снова начал злиться на неё. Могла бы хотя бы кивнуть! Саша же искренне жалел о произошедшем.
Вот и сейчас он чувствовал себя глупо, несколько отчаянно оправдываясь:
-Если бы я знал, что ты такая…
Саша тут же замолчал, увидев, как она решительно взяла мел и подошла к доске. Видимо, Котовой так надоели стенания, что она решила удостоить его хоть каким-то ответом. Парень ухмыльнулся, едва сдержавшись, чтобы не съязвить по поводу её неприступности.
Но когда он прочитал, что именно она написала, всё раздражение отступило. Только сейчас, в эту секунду, Саша, казалось, действительно осознал, насколько всё серьёзно.
«Я такая же, как и все. И не надо меня жалеть!»-Сквозь эти простые слова, написанные аккуратным почерком, так и сквозила её отчаянная тоска и желание принадлежать их миру. И впервые за всё это время он по-настоящему понял её, словно ощутил себя на её месте. И мысль подружиться с ней сразу стала не просто мимолётным желанием, а одной из ближайших целей, которых необходимо было осуществить.
-Ты вызываешь какие угодно чувства, но только не жалость, -серьёзно сказал Макеев.
И это действительно было так. Девушка, которая всего добивалась в жизни сама, не принимая никаких поблажек, которая знала, чего хотела и умела за себя постоять — разве такой можно только сочувствовать? В ней определённо был характер. И это делало её по-настоящему сильной и интересной. Поэтому сейчас он ничуть не слукавил, говоря эти слова.
Таня с лёгким удивлением посмотрела на него, но её взгляд тут же снова стал непроницаемым, стоило только парню глянуть в ответ.
Но, по крайней мере, несмотря на всё ещё явную стену между ними, она не ушла, а значит, он мог как-то воспользоваться этим шансом. И, прежде, чем обдумать следующую мысль, Саша уже озвучил её вслух:
-Можно тебя кое о чём попросить? -Она на это только отвернулась и начала стирать с доски, но он всё равно был уверен, что девушка прекрасно его слышала и слушала.-Я недавно приехал в город и ещё не очень его знаю, -продолжил Макеев: отступать некуда.-Может, мы могли бы где-нибудь погулять вместе?
Не то чтобы он рассчитывал на положительный ответ, но всё же попытаться стоило.
Таня медленно развернулась к нему, и в её больших глазах читалось скорее недоумение, чем враждебность. Неужели новенький никак не вникал, что она по жизни была одиночкой, не нуждающаяся ни в ком? Зачем ему вообще понадобилось всё это?
Но Саша терпеливо ждал её ответа — очередной надписи на доске или хотя бы кивка головой, ему было всё равно.
