Теперь обе девушки взирали на меня с широко раскрытыми глазами, но на лице Мелани был написан ужас, а на лице Лизетты скорее удивление, перемешанное с любопытством. Словно через меня она получила возможность прикоснуться к страстям, которых ей так не хватало в монастырской жизни и добровольный отказ от которых так сильно её удивлял.
Однако же я дала понять, что разговаривать на данную тему не хочу, и беседа быстро приняла иное русло.
- Хорошее сегодня было утро! - заметила Лизетта, по-кошачьи потягиваясь и выглядывая в окно.
- А что в нём было такого хорошего? - пожала плечами Мелани. - Утро как утро.
- Ну как же, - возразила Лизетта, - ведь Тед, помощник мясника, приезжал на своей телеге, мясо привозил. Можно было в окно поглазеть.
- Да на что там глазеть-то? - удивилась Мелани. - Ну, продукты привезли. Нашла тоже зрелище.
- Да при чём тут продукты? - Лизетта раздражённо отмахнулась от ничего не понимающей соседки и с надеждой обратила свой взор ко мне. - Парень-то красавчик!
Мелани поморщилась. Выбранную соседкой тему она явно не одобряла.
- Никакой он не красавчик, - возразила она, укоризненно качая головой.
- Ну, может, и не красавчик, - неожиданно легко согласилась Лизетта, - но мышцы-то какие! Так под кожей и перекатываются! Любо-дорого посмотреть. А кожа какая загорелая!
Мелани скривилась так брезгливо, словно Лизетта говорила о каком-нибудь мерзком насекомом. Я же, напротив, понимающе усмехнулась, благодаря чему получила очко в свою пользу в глазах шатенки.
- Ну как тебе самой не противно? - всплеснула руками Мелани. В её интонации читался даже не укор, а мольба, словно девушка продолжала надеяться, что её соседка вот-вот раскается и поймёт, насколько была неправа. - В конце-то концов, ладно бы ты была влюблена в какого-то определённого мужчину. Но чтобы вот так? "Мышцы", "перекатываются"? - Её аж передёрнуло от отвращения. - Ну, это же грешно, и вообще противоестественно!
- Нету здесь ничего противоестественного, - возразила Лизетта, заговорщицки мне подмигнув. - Вот если бы ты про Жаклин с Долорес говорила, тогда да, понимаю. Хотя тоже не факт...
- А что такого с Жаклин и Долорес? - полюбопытствовала я.
Лизетта многозначительно усмехнулась.
- А то, что им никакие мужчины не нужны, - проинформировала нас она. - Но только не из-за благочестия. А потому что они... ну, вы поняли. Любят друг друга.
- Лизетта, ну, что ты говоришь такое?! - Я думала, что в прошлый раз Мелани скривилась по-настоящему брезгливо, но, кажется, ошибалась. - Тебе самой не совестно? Они просто подруги!
- Ага, подруги. - Лизетта теперь даже не смотрела в сторону Мелани, не ожидая найти там понимания, и концентрировалась исключительно на мне. - Вот ты сама посуди: зачем просто подругам запираться в комнате, а потом, когда к ним постучались, долго не открывать и с шумом метаться по комнате?
Лицо Мелани стало таким пунцовым, что я всерьёз забеспокоилась о здоровье юной монахини, и перевела разговор в более нейтральное русло. Однако же и нравы царят в этой святой обители! Неизвестно ещё, в каком состоянии я найду герцогиню. Подростки особенно легко поддаются влиянию, а тут в этом плане, похоже, немало вариантов...
Я попыталась осторожно забросить удочку, спросив между делом, все ли монахини находятся здесь добровольно и не удерживают ли кого силой. В ответ на это Лизетта, рассмеявшись, сообщила, что против воли здесь находится полмонастыря. Мелани от участия в дискуссии воздержалась. Я поняла, что ничего более конкретного пока не узнаю, и решила не торопить события. Зато, когда Мелани ненадолго отлучилась, окончательно завоевала доверие и расположение Лизетты, рассказав несколько пошлых анекдотов.
Вечером я долго не могла уснуть. И дело было даже не в новом месте и неудобной кровати. И не в волнении о ближайшем будущем. Честно говоря, я практически не сомневалась в том, что всё пройдёт благополучно. Главное - это совладать с альт Ратгором, а монастырь - это так, разминка. После тюрьмы и смерти - в сущности ерунда. Беда заключалась в том, что мне катастрофически не хватало Андре. Я хорошо представляла себе, где он сейчас находится. Совсем недалеко от монастыря, как и все наши спутники. Следят за стенами, наблюдают за обстановкой, насколько это реально. Но выйти к нему, даже на минуту, я не могла. Как же, оказывается, я успела привыкнуть к тому, что он всегда рядом! Выберусь отсюда - и надо будет поскорее женить его на себе. А то мало ли, ещё чего доброго передумает...
