Октябрь, как и предыдущий месяц, пролетел с неимоверной скоростью. В это восхитительное, как мне казалось утро, я решил сделать небольшой сюрприз, который станет полной неожиданностью и для Марты, и для моих друзей. Сегодня в двенадцать часов дня намечался долгожданный конкурс на звание «Мистера и Мисс Осень», именно поэтому я решил появиться там не один. Мы с Билли должны находиться в зале до того самого момента, пока со сцены не объявят имена победителей, однако у меня был нехитрый план, как совместить сегодняшний концерт со знакомством ребят и Марты. Без чьего-либо ведома, приведя себя в порядок и перехвативши пару кексов, я направился к Марте для того, чтобы позвать её с собой на конкурс. Я уже привык к тому, что её комната заперта двойными дверьми, поэтому мне было необходимо прилагать некоторые усилия, чтобы она услышала мой стук. Я усилено постучал три раза, но мне никто не открывал. Через тонкие дверные щели доносился запах гари, и я уж было запаниковал. Я принялся стучать ногами и кричать через дверь, как вдруг услышал приближающиеся шаги, а затем щелчок дверного замка. Появившись передо мной на пороге, Марта прикрыла за собой внутреннюю дверь, оставив открытой лишь наружную. Её глаза были красными, а веки слегка припухшими. Она удивлённо смотрела на меня, пока я отходил от своего испуга.
— Слава Богу, всё в порядке! Я так долго стучал, а потом почувствовал запах гари через дверь и… — Словно одумавшись я ещё раз окинул её взглядом и был напуган её внешним видом, — Почему твои глаза такие красные? Ты плакала?
— Нет, что-ты! Пришлось всю ночь читать учебники, вот и глаза красные. А ты почему вообще здесь? — Взволнованно произнесла Марта и нежно коснулась своей рукой моей щеки.
— Я просто хотел увидеться, подумал, что мы можем вместе сходить на студенческий конкурс. Там участвуют мои друзья.
— Ты с ума сошёл? Выходить вместе на люди?
Марта отдёрнула свою руку от моего лица, а я подошёл к ней как можно ближе, чтобы после моих объятий она почувствовала себя под защитой.
— Ты боишься того, что люди узнают о наших отношениях или твой страх, заключается в самих людях?
— Кристофер, ты же знаешь, как я не люблю публичность, и потом, я не закончила свои дела, а конкурс вот-вот начнётся.
— И какие же у тебя дела? Что такого важного ты делаешь в комнате?
— Я просто занимаюсь хозяйством. — Её глаза бегали словно дети.
— Неужели? Это действительно важно. Кстати, почему я чувствовал этот неприятный запах, горящей проводки?
— Какой ещё проводки? Я просто пыталась починить лампу.
— Лампу?
— Да, она перегорела сегодня утром. Я ведь говорю, что всю ночь зубрила учебники, не выключая свет.
— Ну так давай я посмотрю, что с ней можно сделать? Мне с детства нравится что-либо чинить.
— Спасибо, не стоит! Я выброшу её.
Марта облокотилась о внутреннюю дверь и раскинула руки по сторонам, как бы закрывая проход на случай если я захочу ворваться.
— Ты странно себя ведёшь! Который раз ты не пускаешь меня в дом, будто за этой дверью находится что-то сверхъестественное. Что с тобой?
— Всё в порядке, просто сегодня у меня не убрано, — Мы посмотрели друг другу прямо в глаза, понимая при этом какую чушь мы оба сейчас слышим, — Кстати, я подумала, что все дела можно закончить потом. Я не против сходить с тобой на церемонию вручения титулов «Мистер и Мисс Осень».
— Ты серьёзно? — Обрадовался я.
— Ну, разумеется. Только мне нужно переодеться, подожди меня внизу, я быстро.
— Что-ж, ладно! Жду у выхода.
Она кивнула мне головой, а я ещё раз посмотрел в её кроваво-красные глаза, и понял, что эта девчонка в очередной раз провела меня.
Замечал ли я какие-нибудь странности за Мартой? — Безусловно! Меня посещали самые разные мысли, касаемо её подозрительного поведения. Иногда мне даже казалось, что она является членом какого-то тайного общества, что не очень-то меня привлекало. К примеру, на прошлой неделе, держа её за руку, я обратил внимание на странный зигзагообразный шрам на запястье, которого раньше не было. На мои расспросы, Марта лишь отмахнулась рукой, в конечном итоге, объяснив всё это своей банальной неуклюжестью, из-за которой она якобы поранилась об острый угол железного стола. Я поверил ей, т. к. доподлинно мне не было известно есть ли такой стол в её комнате или же нет. Однажды, когда мы занимались в библиотеке, я заметил среди её книг толстый словарь с ремарками на латыни. Латынь считается мёртвым языком, поэтому его изучение является бессмысленным. Разумеется, оно развивает память, обогащает наше общее развитие, однако есть ли время на это занятие, у человека, которому вот-вот предстоят выпускные экзамены в университете? Всё это казалось мне более, чем странным, однако подозревать в чём-то свою возлюбленную не имело никакого смысла.
