«Мышонок проснулся от того, что какое-то новое, неведомое чувство переполняло его. Забравшись на старый пень, он попытался вглядеться в густую, бархатную темноту ночи. Странно, но это темнота совсем не пугала, а даже напротив, привлекала его. Утром Мышонок рассказал Маме про свои ночные прогулки. – Я не знаю Мама, почему я проснулся. Наверное, меня позвали эти маленькие и сверкающие, которые живут там, в высоте темного неба.– Это звезды Малыш. Если они зовут тебя, значит, ты стал совсем взрослым. Я знала, что рано или поздно это произойдет. Наступит время, когда ты вырастешь, и тебе нужно будет уходить из родной норы далеко-далеко…»
Проходили дни, и скоро Мышонок стал полновластным хозяином лесной полянки возле старого пня. Он знал каждую травинку и всех до единого обитателей этой части леса. И все вокруг знали и любили маленького и доброго Мышонка. Каждый день, едва Солнце начинало садиться за верхушки деревьев, он бежал в норку и укладывался спать, уютно устроившись на подстилке из мягких сухих травинок. И как только начинало розоветь на рассвете небо над лесом, маленький носик Мышонка уже показывался из норы у корней старого пня. Так продолжалось много дней и продолжалось бы и дальше, если бы в одну из ночей не случилось вот что.
Мышонок проснулся от того, что какое-то новое, неведомое чувство переполняло его. Он открыл глаза и быстро побежал по длинному ходу к самому выходу из норки. Но едва он приблизился к выходу, Мышонка охватила тревога. Не было видно ни единого лучика Солнца. Темнота снаружи, казалось, была еще гуще, чем внутри его домика. Здесь ведь темнота была добрая и понятная, вся пронизанная привычными запахами. Мышонок знал каждый выступ на полу норы, каждый корень, свисающий с потолка. А темнота снаружи была неизвестная, но она все равно манила Мышонка. Осторожно, стараясь двигаться неслышно, он выглянул наружу. И тут он понял, что ни какой темноты и тишины здесь нет.
– Тут все не спят, – удивился Мышонок.
Еще больше наполнилось любопытством все его маленькое существо. Мышонок выбрался наружу и ловко забрался на свой родной пень. Он попытался вглядеться в густую, бархатную темноту ночи. Но ничего не увидел. Лишь причудливые тени мелькали где-то в самой темной ее части. Странно, но эта темнота совсем не пугала Мышонка, даже напротив привлекала его. И тут Мышонок вдруг понял, что он различает огромное количество звуков ночи. Расправив маленькие ушки, он даже нарочно зажмурился, что бы глаза не отвлекали его. Он услышал тихое течение воды в ручье и как почти неслышно упал в воду большой кусок коры, оторвавшись от склонившегося над водной гладью старого дерева. Вот на него вскарабкался кто-то маленький и мокрый, а вот он прыгнул обратно в тихую воду ручья и только кусок коры продолжал качаться и от него пошли круги во все стороны.
Мышонок слышал, как по травинке вверх ползет сверчок. Как он устраивается поудобнее и начинает свой скрипичный концерт. Мышонку казалось, что он видит этого маленького старательного музыканта, но на самом деле темнота ночи надежно скрывала его от всех слушателей.
Мышонок слышал, как трепетали крылышки ночных мотыльков исполняющих свой сложный воздушный танец. Но вот кто-то пронесся в темноте и спугнул ночных воздушных танцоров. И на какое-то время вдруг стало абсолютно тихо. Все участники ночного представления замерли на время. Видимо, их напугал стремительный полет этого вынырнувшего из темноты воздушного акробата. Мышонок посмотрел вверх, пытаясь хоть как-то его рассмотреть. Через несколько мгновений концерт возобновился с удвоенной силой, но Мышонок уже не замечал его. Из бесконечной глубины ночного неба на него смотрели сверкающие грозди маленьких огоньков.
– Доброй ночи, – тихо сказал Мышонок, что бы не потревожить этих сверкающих малышей. Они мерцали и тихо смотрели на маленького Мышонка сверху вниз.
– Как же вас тут много, наверное, больше чем цветов на лесной поляне, – чуть слышно проговорил Мышонок. Вы все время были здесь и приходили ко мне каждую ночь? Простите меня, если бы я знал, я обязательно бы пришёл поиграть с вами.
Дрожь пробежала по маленькому тельцу Мышонка. Толи от холода, толи от волнения он весь дрожал. Как мог быстро побежал он в родную нору и там постарался согреться, свернувшись клубочком на подстилке из мягких травинок. Но даже согревшись, еще долго Мышонок не мог сомкнуть глаз и уснул уже почти под самое утро.Весь следующий день не отличался от других таких же летних дней, но когда Солнце стало клонится к верхушкам деревьев, Мышонок начал волноваться. Приближающаяся ночь вселяла в него тревогу и в то же время влекла его.
– Вот усну и проснусь только утром, – уговаривал себя Мышонок, укладываясь поуютнее на свою травяную кроватку. Он быстро заснул. Но когда глаза Мышонка открылись, он понял, что ночь еще полновластная хозяйка и до утра еще далеко. Ноги сами несли его к выходу из норки. Выбравшись наружу, он немедленно забрался на старый пень.
Они были здесь. Все. Они пришли снова посмотреть на маленького Мышонка. Мерцали в вышине темного небосвода и улыбались молча. И тут вдруг стало светло. Тихий прохладный струящийся свет залил лесную полянку и старый пень. Лунный луч коснулся и заиграл на поверхности водной глади ручья.
