Танцы? Идеальное чувство ритма и мелодии не мешало девочке оттаптывать все, что находится рядом. Увы… Примерно на втором десятке оттоптанных ног девочка смирилась со своей горькой участью. Не вый-дет из нее танцовщицы, не судьба. Максимум вальс на выпускном вечере в школе. И там она так на ногу партнеру наступила, что бедняга хромал до утра.
А вот с музыкалкой задалось отлично. Таня хотела пианино, но родители уперлись и настояли на гитаре. Ну да, пианино дорого стоило и не пролезло бы в их квартирку. Так что…
Дайте струны, руки вспомнят!
Таня попробовала пальцы на растяжку.
А ничего так… Но слишком нежные. Перчатки и медиатор – комплект-минимум, иначе без подушечек останешься. А вот без пропитания вряд ли. Гитаристы всегда были в цене в любой компании, а репертуар менялся, его требовалось обновлять…
Итого, от испанских гитар до «Мурки». От арии Квазиморды до «Мистера Х».
Алаис вздохнула. Ладно, одна проблема решена. Что кушать – найдем, заработаем, эксцентричность спишется на профессию, хоть тут такого слова и не знают.
А вот внешность…
Альбинос – редкость везде. Но если и в этом мире можно окраситься…
А в какой цвет? Чтобы кожа не выделялась диссонансом?
А ведь есть один вид белокожих, который не привлекает к себе внимания. Рыжики с веснушками. А почему нет? Хной стационарно окрашиваются волосы, брови, ресницы, ладно, последние и угольком можно. А на лицо ею же, родимой, нанесем веснушки.
Алаис точно могла сказать, что Роза красится хной, – осталось раздобыть ценную травку. Сложно, конечно, но невозможного нет. Хну и заказать можно, вроде она как обеззараживающее применялась… знать бы, как она тут называется. А ведь в библиотеке есть фолианты по растениям, Алаис это точно помнила. Растения не запоминала – герцогессе было неинтересно, а Таня-то биолог! Уж лавсонию-то отличить должна. Узнаем, как она здесь называется, и закажем. Вряд ли управляющий в курсе того, чем женщины красят волосы. Скажем для ткани. Или по лекарской части.
Будущее приобретало хоть какую-то определенность.
Есть профессия, есть планы на внешность, есть деньги (не до всех сокровищниц добрался Таламир), осталось главное. Определить, куда, когда и как бежать.
Но это после свадьбы. До свадьбы ее никуда из замка точно не выпустят, а вот если свадьба пройдет, а потом Алаис еще и беременной окажется, надзор ослабнет. Она же может подумать, что в тягости? Еще как может, ведь не повитуха! Никто не подумает, что у беременной женщины хватит дури куда-то бежать.
Или подумает?
Не будем недооценивать Таламира.
А в чем бежать, кстати? Алаис отчетливо представила себе, как она в своих роскошных шмотках, перешитых из маминых платьев, является в ближайшую деревню и просит продать ей костюмчик менестреля. А лучше сменять вещь на вещь.
М-дя.
Есть способы самоубийства и попроще. Но ведь есть и братья! У которых были детские штаны и рубахи! И где это все?
Найдем! Память упорно посылала на чердак.
Значит, ищем музыкальный инструмент и приводим его в состояние должной обтерханности, ищем одежду и устраиваем заначку, добываем хну.
И – изучаем карту мира. Бежать придется на другой материк, подальше от супруга, и бежать быстро. Ладно-ладно, главное – начать разрабатывать план побега, а дальше будет намного легче. Самая длинная дорога начинается с того, что ты собираешься в путь.
Страшно?
Алаис было очень страшно. За стенами замка лежал сложный, незнакомый и враждебный мир. Но в стенах замка был сложный, незнакомый и враждебный Таламир. И кто хуже – неясно. Если с миром у Алаис еще имелись шансы уцелеть, то Таламир сожрет ее, как только она будет бесполезна. А значит, выход только один.
Бежать.
И произнесенное второй раз про себя решение далось Алаис намного легче.
«Бежать» – замечательное слово. Но есть и припев: «Нас не догонят».
Вопрос – как бежать, куда бежать и что сделать, чтобы припев стал реальностью, стоял особенно жестко.
Как бежать?
Ножками, понятно. А медленно. А холодно. А некомфортно. В бытность свою Таней Алаис несколько раз ходила в турпоходы и всегда радовалась завершению этого мероприятия. Вот брату нравилось, а она не видела никакого удовольствия в прогулках из точки «А» в точку «Б» с грузом за плечами и в грязных носках. Итак.
Климат. Море неподалеку, то есть ночью у Алаис есть все шансы не по-детски озябнуть и получить прекрасную простуду. От пневмонии она недавно оправилась, вторая не заставит себя долго ждать, и побег станет неактуальным. Потому как мертвые бегать не могут. То есть палатка, спальный мешок, пенка… где тут у нас ближайший магазинчик спорттоваров?
Нету?
Не завезли?
Ай-яй-яй.
Наломать лапника, развести костер, и вообще – другие же ночуют и не помирают?
Алаис это казалось весьма неубедительным доводом. Уметь надо. А если она, с ее ручками герцогессы, попытается наломать лапника… ага, очень смешно. Или костер развести. Плевое дело? Так только кажется. Здесь ни зажигалок, ни спичек еще не изобрели, а система «кремень-огниво-трут», с точки зрения Алаис, была просто убийственной. Легче огонь трением добыть, хоть согреешься.
И поездов нет. И велосипедов. Лошади?
