— Что же, черт побери, случилось с моим другом Виктором, — неожиданно требовательно обратился он к Нику. — Все его разыскивают, все отмечают его бросающееся в глаза отсутствие. Без него чего-то не хватает на этом сборище. Я, по крайней мере, рассчитывал на его компанию сегодня.
— Очень скоро он будет здесь, Бью, — ответил Ник.
— Вот и прекрасно.
Бью поднес к губам руку Франчески. В его исполнении этот старомодный жест выглядел совершенно естественно.
— Не забудьте, дорогая, что за вами еще несколько танцев. Вам не удастся легко от меня отделаться, тем более что мы сидим за одним столом.
Бью изящно поклонился и отошел, а Ник обратился к Франческе:
— Могу я перекинуться с вами парой слов, красавица?
— Конечно, Никки.
Она подхватила его под руку, и они, извинившись, отошли в сторону, подальше от посторонних ушей.
— По выражению вашего лица, Никки, я могу догадаться, что все в порядке и Вик уже в пути. Он выехал, не так ли?
— Почти что, детка. Я перехватил его как раз в тот момент, когда он выходил из отеля, — слегка присочинил Ник и быстро добавил: — В это время дороги уже пустеют, и он доберется сюда без проблем. Скоро он уже будет с нами.
— О, это чудесно, Никки!
Она обняла его и крепко прижалась к нему, а потом, отстранившись, спросила:
— Вы уверены, что он уже выезжает? Вы не обманываете меня?
— Да, я абсолютно уверен в этом, моя милая. Теперь давайте поищем себе чего-нибудь выпить и начнем веселиться. Давно уже пора!
Ник взял Франческу под руку, и они подошли вместе к бару, где Ник заказал бокал шампанского для нее и водку со льдом для себя. Они стояли рядом. Ник искал глазами Диану. Прелестное лицо Франчески радостно светилось. Черная меланхолия, давившая на нее в течение этого часа, стала медленно спадать, напряжение постепенно отпускало ее, вытесняемое ожиданием и приятным волнением, которые она испытывала прежде. Начало вечера было испорчено, но теперь все должно было прийти в норму. Виктор скоро приедет, и бал будет таким романтическим и памятным, как она мечтала.
Но Виктор Мейсон так и не появился.
«Артемис», двухтысячетонная океанская яхта, когда-то была фрегатом королевского военно-морского флота, ходившим под именем «Курлю». Майкл Лазарус приобрел судно за тридцать пять тысяч фунтов, после чего потратил еще три миллиона долларов, чтобы превратить его в одну из самых шикарных яхт в мире. Совершенная по своим очертаниям, яхта была роскошно обставлена, заполнена несравненными произведениями искусства, собранными со всего света, и представляла собой настоящий плавучий дворец.
Приобретя фрегат в свое полное распоряжение, Лазарус нанял самого искусного архитектора по отделке судов, который полностью перестроил его вместе с командой лучших кораблестроителей одной из самых престижных верфей в Ньюкасле-на-Тине. «Артемис» стала единственной вещью, заставлявшей всегда невозмутимого Лазаруса проявлять какие-то эмоции, и если можно было сравнить все его владения, составлявшие конгломерат под названием «Глобал-Центурион», с короной, украшавшей его седеющую голову, то «Артемис», безусловно, представляла собой редчайший драгоценный камень в самом центре ее. Яхта значила для него больше любых женщин на свете, была его единственной настоящей любовью, и ни одна из его многочисленных любовниц не могла потеснить или заменить ее собой в его привязанности.
Ранним воскресным утром сразу после бала на вилле Замир это великолепное судно пришло из Марселя в бухту Монте-Карло, где встало на якорь и пустовало в течение двух дней. Сегодня, впервые после того, как яхта бросила якорь, она была готова к приему гостей, приглашенных на обед в честь Бью Стентона. Лазарус предупредил капитана и команду, что он ожидает тридцать человек, приняв которых на борт, яхта должна отправиться вдоль побережья Франции до Сан-Ремо и вернуться обратно в порт отплытия в тот же день к вечеру.
Трое приглашенных уже прибыли в порт и с нескрываемым интересом разглядывали яхту с берега. Ими были Диана, Кристиан и Николас. Диана, прикрыв рукой глаза, с растущим возбуждением изучала белоснежную «Артемис», сверкающую в ярких лучах утреннего солнца.
— Тебе может не нравиться Лазарус мой дорогой Никки, но ты должен признать, что он обладает большим вкусом, по крайней мерю в том, что касается яхт! — воскликнула она.
— Возможно, у него хороший вкус и на многое другое, — ответил, усмехнувшись, Ник. — Он достаточно богат, чтобы позволить себе это.
Диана рассмеялась:
— О, но яхта так прекрасна! Ты только взгляни на ее чудесные обводы, свидетельствующие о ее быстроходности, на ее высокий, устремленный вперед нос. Нет, она — само совершенство. Интересно, сколько узлов она дает в час?
— Такое впечатление, что ты действительно хорошо разбираешься в кораблях, — сказал Ник, удивленно взглянув на нее.
Кристиан улыбнулся:
— Не позволяйте ей дурачить себя, Ник, старина. Она — настоящий кладезь знаний, унаследованных от нашей бабушки, чья семья владела верфями в Киле и насчитывает несколько поколений корабелов.
