«Какого черта?! Кого вообще волнует эта тактичность, Скар?» С меня будто сняли гипнотические чары, и я пришла в себя, еще раз прогнав в голове всю ту бредятину, занимавшую меня несколько секунд назад. Для меня подобные мысли были неприемлемы. Еще никогда я так не восхищалась парнями. Крепко зажмурившись, я очистила рассудок от остатков чар Маркуса Редфилда, не узнавая себя.
Остался на душе после этого человека какой-то осадок. Непривычный, очень чужой, вторгшийся в меня без предупреждения, но…. Приятно согревающий душу.
Что за чертовщина?
Вдруг пробурчало в животе, и я решила перекусить. Очень вовремя. Потоки розовых соплей в мозгах изрядно напрягали.
Перемена у поваров была тяжелая: столовая была битком набита людьми, и свободных мест я практически не увидела. В окна лился теплый солнечный свет. Звенели ложки и вилки, школьники вели разговоры о своих повседневных делах, весело смеялись. В воздухе стоял приятный запах жареного мяса и у меня тут же проснулся аппетит. Заполнив поднос кусочками жареной свинины с сероватой, непонятного происхождения кашей в качестве гарнира (это вообще можно есть?), я отправилась искать свободное место.
Лишь один стол был полностью свободен: стол так называемых отвергнутых, куда садились только те, кого категорически не принимала школьная общественность. Изгои, ботаны, неудачники: все обычно собирались там. Увидела в пределах царства Неудачников спину черноволосой девчонки, не испытала даже малейшего желания подсесть к ней, и побрела дальше, заметив, что за столом у другой группы школьников было свободное местечко.
Если с царством Неудачников все обстояло не совсем хорошо, то с царством Избранных дела имели совершенно другой оборот. К ним все мечтали попасть. Кроме меня. За столиком Избранных я увидела лощенных, хорошо одетых в дорогущие шмотки парней и девушек, увешанных драгоценностями и стильными аксессуарами. Роскошные часы, золотистые сережки, великолепные туфли: все, о чем мечтала каждая нормальная девушка. Кроме меня, да. Мне для счастья надо было другое в данный момент – хорошо поесть.
Не раздумывая, я зашагала к столу Избранных, тут же став ловить на себе любопытные взгляды середнячков (тех, кто не был ни изгоем, не элитой). Чего мне было париться? Где хотела, там и сидела, а кто и что про меня думал – плевать совершенно.
Я нагло, не спрашивая, просто села на свободное место рядом с кучерявым крепким светловолосым парнишкой, сразу же взглянувшим на меня, как на кусок чего-то неприятного, вывалившегося из места, о котором говорить было неприлично. Остальные тоже вцепились в меня и недоуменными, и оценивающими взглядами. Мол, кто ты такая? Расселась тут, не проявив ни капли уважения к «элитке».
Ага, ждите.
– Вообще-то, надо спрашивать разрешения, – хмуро сказал кучерявый парнишка.
– Брось, Уилл, – осадила его приятная сероволосая девушка со стильной стрижкой каре. Лицо ее будто бы было написано ангелами, а глаза источали доброту. Уилл, почему-то, спорить с ней не стал, лишь недовольно взглянув на нее и отведя от меня взгляд. На меня же она посмотрела приветливо, с улыбкой, не свойственной избалованным людям, увидевшим на своем пути дранную кошку, вроде меня. – Пусть сидит.
– Всех-то ты жалеешь, Дженни, – буркнул Уилл, скрестив на груди руки.
Другая девушка: яркая длинноволосая блондинка с волнистой шевелюрой ниже плеч, вдруг удивленно расширила глаза и посмотрела на меня с таким выражением лица, будто бы я села к ним совершенно голая. Не знаю, какая молния шибанула ее в голову, но она вдруг резко поднялась, и резво засеменила прочь, бросив недоеденную еду.
– Линда? Эй, Линда, ну ты чего? – Дженни спешно поднялась и поспешила за подругой.
– Ни дня без приключений, – Уилл раздраженно закатил глаза и одарил меня презрительным взглядом. Ему я точно не нравилась. Он, уходя, бросил мне из-за плеча: – Из-за тебя все. Клэй, – Уилл направил взгляд на короткостриженного чернокожего парня с красивым носом, низкорослого и крепко сложенного. – Идем.
– М? – С Клэя будто неожиданно стянули очки виртуальной реальности, оторвав от воображаемого мира. Ох, как я его понимала. – Ага, идем.
Вот и Клэй с Уиллом вышел из столовой. Ну, тут точно учились придурки. К другому выводу после увиденного я прийти не могла.
– И кто разрешал тебе сюда садиться? – с прищуром спросила грудастая красноволосая девушка, смотревшаяся так, словно собиралась обложить меня матом с обложки глянцевого журнала.
Хороша была чертовка, ничего не сказать.
– Софи, не надо, – одна из подружек, одетая явно похуже, и выглядевшая менее ярко, чтобы выделяться на фоне альфа-подруги, попыталась ее успокоить. Но та лишь недовольно фыркнула, сбив ее руку со своего плеча.
– Чтобы здесь сидеть, нужно иметь деньги, и принадлежать к школьным элитам. А кто тебя, с таким-то дешевым гардеробчиком, в них записал, а? – София с усмешкой оглядела меня с ног до головы, явно не оценив мою одежду. – Тебе место там, с отщепенцами, – она указала в сторону царства Неудачников, на черноволосую девушку.– Здесь нищеброды не сидят.
