Аксиома номер четыре: телесные переживания порождают, поддерживают, питают, вдохновляют и хранят наш психический опыт. «Энергия и есть единственно жизнь, и есть от Тела; Рассудок же есть ограничение или внешний предел дозволенного достижения Энергии. Энергия есть Вечное Блаженство»[84].
Аксиома номер пять: надо использовать то, что работает. И если обращение к духам, демонам, привидениям, богам, полубогам, нимфам или гоблинам помогает нам писать, то следует отринуть суеверие, возбраняющее нам быть суеверными, и призвать всех этих существ безо всякого смущения и без колебаний. «Все Божества гнездятся в груди человеческой»[85].
Аксиома номер шесть: истинный предмет наших исследований и трудов — природа человека и ее отношения с Вселенной. «Темной ночью и чуть свет / Люди явятся на свет. / Люди явятся на свет, / А вокруг ночная тьма. / И одних — ждет Счастья свет, /А других — Несчастья тьма»[86].
Аксиома номер семь: наша работа бесконечно ценна. «Плоды времени возлюблены Вечностью».
Вот кое-что из того, чему мотылек научился у Блейка. Это аксиомы, по которым он живет. Можно ли считать их системой или нет, он не знает, но ведь он еще так молод! Ему не исполнилось и шестидесяти. Он будет и дальше навещать цветы, растущие в саду Блейка (и во многих других садах, не только поэтических, но и музыкальных, художественных, философских, научных и тех, что вырастают сами по себе на просторах неба, земли и моря) и собирать нектар отовсюду — до тех пор пока крылья его не ослабеют от старости.
И время от времени, как я уже сказал, он возвращается в соты, становится пчелой и погружается в долгий, молчаливый и задумчивый процесс превращения нектара в слова. Но это уже совсем другая история.
Эта речь была прочитана на собрании Общества Блейка в Сент-Джеймс-Черч (Лондон, Пиккадилли) 25 октября 2005 года.
Об удовольствии и мудрости, которые дарят истории, и о двух противоположных способах их читать, которые можно было бы назвать «демократическим» и «теократическим»
Благодарю, что пригласили меня выступить в этой выдающейся серии лекций. Что побудило вас предложить мне произнести речь о религиозном образовании, я, впрочем, понять не могу — наверное, больше никого не нашлось. Я не ученый, не духовное лицо и не преподаватель — все, что я могу сказать на эту тему, будет просто наблюдениями любителя, не обладающего в данной сфере никаким авторитетом. Более того, учитывая, что в прошлом мне неоднократно случалось критиковать религию, а различным христианским группам неоднократно случалось критиковать меня, мои речи в любом случае будут носить враждебный характер.
Но, надеюсь, до этого все-таки не дойдет. Посмотрим.
Для начала я приглашу вас на кладбище у церкви Святого Питера Мэнкрофта, что смотрит на рыночную площадь в Норвиче. Неподалеку от дверей есть могила — семейное надгробие с превосходной резьбой. Оно похоже на большой ящик, с одного бока у него есть овальный картуш, и в нем надпись:
Этот камень посвящен талантам и добродетелям Софии Энн Годдард, скончавшейся 25 марта 1801 года в возрасте 25 лет. Первые озарили невероятным блеском и влиянием великую школу нравов, ТЕАТР, вторые же окрасили частный круг ее жизни чувством, вкусом и манерами, по сию пору живущими в памяти тех, кто дружил с нею и любил ее.
