Усилием воли он подавил позывы к тошноте.
Человек-из-Норы схватил окоченевшую кошку и, оглядываясь, уполз в тоннель.
Дима смахнул с носа комара.
«Ну же! – он умоляюще смотрел на укрытый ветками лаз. – Прошу!»
Человек-из-Норы услышал его молитвы.
– Эй ты, – хрипло сказал он, снова вылезая на поляну. Руки пусты – приношения остались в логове. – Иди сюда, говорю.
И Дима вышел.
Человек-из-Норы не носил ни плаща с алой подкладкой, ни цилиндра. Вся его одежда состояла из грязных камуфляжных штанов. У него была костлявая грудь и тонкая дряблая шея, впалые щеки заросли клочковатой бородой. Сквозь редкие волосы проглядывал череп в солнечных ожогах. Кожу покрывали струпья.
Он не был похож ни на Белу, ни на Кристофера, ни на Фрэнка Ланджеллу.
Может быть, немного на Джона Кэррадина, старого и полинялого.
Дима разочаровался.
Он не почувствовал ни исходящего от человека зловещего магнетизма, ни его дьявольской силы.
«А вдруг я ошибся, и он всего лишь бомж?» – подумал мальчик, впервые за вечер по-настоящему испугавшись.
Но в следующий момент у него отлегло от сердца.
Луна выглянула из-за туч, и он разглядел новые детали: пальцы старика (и на руках, и на ногах) заканчивались острыми желтыми ногтями, шелушащиеся губы скрывали частокол клыков.
А еще были зрачки – розовые, как у кролика.
И они многообещающе сверлили Диму.
– Ты кто такой? – рявкнул Человек-Из-Норы. – И зачем ты следишь за мной?
– Я… я Дима, – дрожащим от волнения голосом сказал мальчик, – Дмитрий Замахин. Я живу в том доме за трассой. Я…
– Зачем ты за мной шпионил, я спрашиваю?
Старик начал наступать на Диму, Дима – пятиться. Длинная тень упала на мальчика.
«Значит, тени они все-таки отбрасывают», – подумал он.
– Я не шпионил! Я просто хотел посмотреть… убедиться…
– В чем?
– В том, что вы…
– Кто?
– Вампир!
Это слово громыхнуло над поляной, как завершающий боксерский раунд гонг. Старик остановился, прищурился. Зрачки его напоминали те рождественские стеклянные шары со снегом внутри, только снег в них был окровавленный.
Старик ждал объяснений. И Дима объяснил.
– Все началось с Лили. Моей кошки. Ее долго не было дома, а потом я нашел ее труп у трассы. Даже не труп, скелет с ошейником. Череп, кости. Грузовики постоянно сбивают здесь животных, но я увидел кое-что. Она была обглодана. И на костях были странные следы зубов. Будто акульих.
Старик кивнул и облизал языком клыки.
Не два, как у Дракулы. До фига желтоватых клыков.
– Я нашел другие скелеты с такими следами. А неделю назад увидел вас. Как вы тянули в логово дохлую псину. Я сначала решил, что вы, простите, сумасшедший, но потом…
– Следы, – заключил старик.
– Да, я увидел, что отпечатки ваших следов перевернуты. Вы шли на юг, а они вели на север.
– Следы всегда нас выдавали, – вздохнул старик.
Теперь он смотрел на Диму с неким подобием заинтересованности.
– Я очень хотел познакомиться с вами.
– Оригинально. Обычно люди нас боятся.
– Я другой, – важно проговорил Дима.
– Ну что ж. Давай знакомиться. Меня зовут Владдух.
«Надо же, – радостно подумал мальчик, – Почти как Влад Дракула!»
Через секунду руки старика вцепились в его плечи и повалили на землю. Пасть, воняющая как яма с гнилыми котами, прорычала:
– Что тебе от меня надо, пацан?
– Я хочу, чтоб вы укусили меня! Я хочу быть вампиром!
– Что? – Владдух отпустил Диму, позволив ему вдохнуть свежий ночной воздух. – На кой черт тебе это понадобилось?
– Поймите, – затараторил мальчик, – я с детства обожаю вампиров! Я прочитал все книги о них, посмотрел все фильмы! Я знаю наизусть Брэма Стокера! Я умею делать как Лугоши, глядите!
Он скрючил пальцы, словно подманивал к себе жертву. Старика это не впечатлило.
– Я главный поклонник вампирской темы на свете! И из-за этого меня никто не любит. В классе надо мной смеются и во дворе. Девочки издеваются. Мы с Дашей раньше гуляли, а теперь она с этими, – он мотнул головой в сторону дома. – Мать после смерти папы совсем изменилась. Ей на меня наплевать! Всем наплевать!
Дима изливал душу зубастому старику, которого видел впервые, и ему становилось так легко, будто он уже стал вампиром.
– Мне пятнадцать лет. У меня нет ничего, что держало бы меня там. Я уже одной ногой в вашем мире. Помогите мне. Я хочу превращаться в летучую мышь. Парить под полной луной! Хочу туманом заползать в чужие комнаты. Я хочу пронзить Дашу глазами, подчинить ее, увидеть страх и восхищение! Хочу читать мысли, проходить сквозь стены! Искупаться в крови этих уродов, своих одноклассников. Я хочу власти над смертными! И бессмертия! Вот чего я хочу!
Дима не заметил, как схватил Владдуха за кисть и начал трясти ее.
– Ну-ну, тихо, – проворчал вампир, отнимая руку, – успокойся, а то сейчас обделаешься. – Старик сел на траву и задумчиво почесал ребра.
– И еще, – сказал мальчик, переведя дыхание, – я вижу, в каком вы сейчас положении.
– Да? – Владдух вскинул бровь.
– Вам приходится прятаться здесь, питаться сбитыми животными… Это… так унизительно… я знаю, у Детей Ночи бывают тяжелые времена.
– Да уж, – проворчал Владдух, – черная полоса, прямо.
– Вы в бегах? – сочувственно спросил Дима.
