Нежность — это неприкасанье,И неузнанность и невзрыв,Лишь два взгляда на расстоянье,Точка в точку, и вдруг — порыв!Там в глубинах ума смятеньеНеосознанное на миг, —Нежность — это шуршат поленья, —Их огонь еще не постиг.И порою я верю в чудо, —Что потом, когда мы сгоримБог подарит еще секунду —Когда смотрим и просто молчим…<p>* * *</p>Купать ребенка и кормить собаку, —Не это ли простое ремесло,И ведать путь, встречать судьбу без страхаКогда она дождем стучит в стекло,И заставляет прятаться и плакать.Велит от невеличья своего, —Но спит ребенок и у ног собака, —И в этом жизнь — вот только и всего…<p>* * *</p>В храме ночного городаИсповедь моя звучала,Неба темнели своды,Лампами звезды качались…Ветер — хмурый священник,Платье шуршит длинное,— Будет ли мне прощенье,Во тьму грехи мои сгинут?Грех лишь один, единственныйНечего мне замаливать —Встреч тех немного таинственныхЛюбви зеленое марево.Имя твое — это скрипки звуки,Той маленькой, задумчивой скрипки,Что звучала мне в часы разлукиПод смычком Тоски–невидимки.Имя твое — в серенадах цикад,Опрокинувшихся в полночь,Иисус, любовью моей распятый,И зовущий кого‑то на помощь!Имя твое в лепестках цветкаНежности цветка души моей,И поступь по цветку тому так легкоТвоего удивительного имени!..<p>* * *</p>В последних листьях силуэтДавно потерянного звука…То скрипка? Может быть и нет,То в ганце мечется разлука.Вот гордо бубен подняла,Звенят и серьги, и мониста,А где‑то там колоколаЗапели отрешенно–чисто!Туда уходят поезда,Где ты виски бинтуешь снегом,Где чутко спит огонь — беда,И крепко спит священник — небо!..<p>Из цикла «НА СМЕРТЬ ШУТА»</p>Шут и Палач всегда нежныДруг с другом и с короной,Точились издавна ножи, —Где Шут сидел у трона.Ну, Шут, повесели народ,Когда он жаждет казни, —Ты Палача который годВстречал как–будто Праздник.Глаза — как лезвия, ПалачВедь убивал с любовью, —Подкрался Шут снял маску — Плач,За шутки плата кровью…И завтра казнь объявят здесьУ мраморного тронаПалач взлелеет эту месть,И ублажит Корону…
<p><emphasis>Максим МАКСИМЕНКО</emphasis></p><p>ОСТАПУ</p>«Мы живем не последний день,Мы живем не последний час,Мы живем не последний миг», —и уйдем, смеясь.А потом раскололся мир,Мы упали на твердь небес,И над нами стал командирФиолетовый бес.Наше время вели в расход,И кормили его сапогом,И коленом ему — под дых,Промеж глаз — свинцом.Мы узнали, что времени нет,Грязным прахом стало оно.Бег секунд, течение лет, —Все одно.Каждый день, как последний день,Каждый час, как последний час,Каждый миг, как последний миг, —И тогда Бог спасет нас.<p>САШЕ</p>
