«На ханский престол возведем мы тебя и,Как с врагами пойдем воевать,Будем мы впереди скакать,Юных дев и красивых женСтанем мы забирать в полон.Ставки вражеские захватим,Все имущество заберем,Пред тобой,Тэмужин, разложим.Хан, тебе его поднесем.ВойноюМы пойдем на чужаковИ полоним их жен. А рысаковК тебе в табун пригоним —Отличные у иноземцев кони!Мы будем быстрых антилоп стеречь,Хан Тэмужин державный,Чтобы тебя на славу поразвлечьОхотою облавной.Ко времени твоей охоты ханскойНа антилоп лесныхИх выследим мы и как можно ближеК тебе подгоним их.Степных джейрановВ стадо соберем,Чтобы держалисьТесным табуном.Так утесним их,Чтоб они, бедняжки,Толкались, терлисьЛяжками об ляжки.А если ктоВ час жаркого сраженьяНе выполнитТвое распоряженье,ПримернымНаказаньем проучи:С имуществом,С женою разлучи.КарающийПусть будет волен мечИ голову повиннуюОтсечь.В дни мираЕсли кто-нибудь из насНе выполнитРазумный твой указ,Да будет онВсех подданных лишен —Аратов-смердов,И детей, и жен;ОслушникаВ пустыню прогони —Пусть там влачитБезрадостные дни».И, молвив клятвенные эти речи, нарекли они Тэмужина Чингисханом и поставили ханом над собой[66].
Взойдя на ханский престол, Чингисхан повелел младшему сородичу Борчу – Угэлэ чэрби, а также Хачигун тохуруну и братьям Жэтэю и Доголху чэрби носить колчаны его[67]. А так как Унгур, Суйхэту чэрби и Хадан далдурхан молвили, что «С едою по утрам – не запоздают, с дневной едою – нет, не оплошают», – поставлены они были кравчими.
Дэгэй же сказал:
«Отары твоих разномастных овецЯ стану пасти лишь по северным склонам.Так будет ухожен, умножен твой скот,Что шириться станут хашаны-загоны!Я каждое утро – не зря говорю! —Барашка зарежу тебе и сварю.За это уж ты, Тэмужин, не жалейРубца для утробы моей ненасытной,Да разве прибавишь от ханских щедротКогда-никогда хошного[68] аппетитный».И потому поставлен был он пасти стадо Чингисхана. И сказал младший брат Дэгэя Хучугэр:
«Постараюсь, чтоб в спешкеМенять никогда не пришлосьНи тяжей и ни чек,Что скрепляют оглобли и осьНа повозке твоей.Обещаю, что целыми будут постромки,У телеги твоей.Буду мастером я тележным,Исполнительным и прилежным».Монгольский лук и кольцо для защиты большого пальца при стрельбе
И был поставлен он тележником при ставке Чингисхана.
Все домочадцы – жены, дети, а также ханская прислуга – Додаю чэрби подчинялись.
И, назначив Хубилая, Чилгудэя и Харахай тохуруна меченосцами под водительством Хасара[69], Чингисхан молвил:
«Тому, кто на нас нападать посмеет,Живо снимайте головы с шеи.А этот надменен и чем-то кичится? —Руби не по шее – руби по ключице!»Бэлгудэю и Харалдай тохуруну велено было:
«Табунщиками стать,Пасти отобранных для войскаМеринов табун».Тайчудов – Хуту, Моричи и Мулхалху – назначил Чингисхан конюшими при прочих табунах.
Чингисхан повелел Архай хасару, Тахаю, Сухэхэю, Чахурхану:
«Знать все, что деется в родных пределах,Гонцами быть в сношеньях запредельных».И приступил к Чингисхану Субэгэдэй-батор и клятвенно пообещал:
