Три зайца, занявшие первое, второе и третье места на конкурсе лесного КВН, решили отметить свой успех как следует. Когда они, увенчанные лентами и медалями, появились в зале ресторана, к ним подошел метрдотель:
— Милости прошу! Сейчас я вас устрою.
И повел гостей к отдельному кабинету.
— Нет! — запротестовали зайцы. — Предоставьте нам столик в общем зале. Мы хотим на людей посмотреть и себя показать.
— Стоит ли показывать? — возразил метрдотель. — Уверяю вас, в отдельном кабинете вам будет удобнее. Там уже и ваша любимая закуска приготовлена — свежая морковка.
Гости согласились и бушевали до глубокой ночи, впрочем не беспокоя других посетителей ресторана. Метрдотель прекрасно знал, что во хмелю даже зайцы становятся страшными…
Когда дед Мазай доставил спасенных зайчишек на сушу, к нему обратился модно одетый заяц с репортофоном на плече:
— Товарищ Мазаев, несколько слов для лесного радио!
— Да недосуг мне. Зайчишек бы надо обсушить. Совсем намокли косые…
— Ничего, косые подождут. Итак, о чем вы думали, спасая наших лесных братьев?
— Про что думал? Про хворобу свою. Как разольется вода, так и начинается у меня в костях ломота — терпежу нет.
— Дорогие друзья! Вы слышите голос нашего друга, товарища Мазаенко. Он рассказывает, что как раз во время разлива реки у него наступил острейший приступ радикулита. Но он меньше всего думал о своей болезни. Превозмогая боль, старый спасатель устремился туда, где, окруженные бушующими волнами, терпели бедствие наши сограждане…
Радио — газета без расстояния. Вскоре весть о благородном поступке дедушки Мазая, впрочем переделанного торопливыми репортерами в товарища Мазаевского, облетела всю страну. Он прославился и теперь все время находится в разъездах, его затаскали по совещаниям, конференциям и симпозиумам.
Начался очередной разлив вешних вод, и зайчишки опять попали в бедственное положение. Но их друга — дедушки Мазая (он же Мазаев, Мазаенко, Мазаевский) поблизости уже не оказалось…
В вестибюле Дворца культуры началась регистрация делегатов. К столику подошел разодетый в меха делегат, прибывший из отдаленного глухого леса.
— Ваша фамилия?
— Заец.
— Простите, не понял. Как вы сказали?
— Заец.
— Извините, а может быть, все-таки ваша фамилия — Заяц?
— Нет, я ясно сказал, Заец.
Делегат с далекой окраины не знал, что намечавшаяся реформа русского языка, к счастью, не была осуществлена.
После долгого отсутствия молодой заяц вернулся в родной лес.
— Ну, как там в городе? — спросил заяц-отец. — Рассказывай, чего тебе удалось добиться.
— Сначала я решил стать поэтом и начал писать стихи…
— Ну и что?
— Мне сказали: надо учиться у Пушкина. А я перелистал весь справочник Союза писателей и ни одного члена ССП с такой фамилией не нашел. Потом я подумал, что лучше быть композитором и сочинять эстрадные песни.
— И тебе удалось сочинить что-нибудь приличное?
— Дальше «трусишка-зайка серенький под елочкой скакал» у меня дело не пошло. Тогда я стал петь под гитару, теперь это модно.
— Как же тебя встретили слушатели?
— Освистали.
Старый заяц покачал головой и сказал:
— Боюсь, сынок, что из тебя ничего не выйдет.
— Ты, как всегда, несправедлив, отец! Не забывай, что из меня еще может получиться отличная шапка!
Под молодой елкой, где заяц устроил себе лежку, раздался телефонный звонок.
— Алло, говорят из «Бюро добрых услуг». Вы заказывали орехи? Так вот мы не знаем: пожарить их вам или прислать в сыром виде?
— Вы, наверное, ошиблись и вместо белки позвонили мне. Я заказывал килограмм моркови.
— Извините.
Через некоторое время опять зазвонил телефон.
— Алло, мы из «Добрых услуг». Вы просили доставить ячменные зерна. Вам их помолоть?
— Вы набрали не тот номер. Звоните хомяку. Я заказывал…
— Извините, мне некогда разговаривать. Я очень занята.
Снова звонок.
— Алло, вас беспокоят «Добрые услуги». Вы заказывали тушеного зайца, нашпигованного чесноком и свиным салом. Исполнение заказа немного задерживается. Сейчас охотники нашли по следам заячью лежку и окружили ее со всех сторон.
С зайцем случился инфаркт…
Косой, которому только что исполнилось восемнадцать лет, вернулся домой поздно ночью.
— Мама, где моя кровать?
— Да где ж ей быть? Как стояла в детской, так и стоит там. Что с тобой?
— Я, мама, окосел.
— Тьфу ты! А я уж подумала, что с моим мальчиком какая-нибудь беда стряслась!
Опросите десятки и сотни, а то и тысячи людей и задайте им один-единственный вопрос:
— Любите ли вы скорпионов?
И наверняка полученный вами ответ будет отрицательным:
— Нет, не люблю.
Если, конечно, среди опрашиваемых не встретится ученый-энтомолог, изучающий именно этих представителей членистоногих животных, или коллекционер особого рода. Да, за всю свою многовековую историю скорпион не заслужил ни человеческой любви, ни хотя бы простого дружеского расположения.