— Обе ноги сломаны.
— О, Боже! — снова воскликнула Рита.
— Мы идем к нему, — решительно объявил Кастаньеда и повернулся к выходу из комнаты, намереваясь немедленно одеться и отправиться в больницу.
— Мне бы… — заикнулся Дельгадо, и Кастаньеда вспомнил, что детектив еще здесь. Все еще спеша уйти, он нетерпеливо бросил жене:
— Одевайся, Рита, — а затем повернулся к полицейскому.
— Я слушаю. Нам надо попасть к Хосе как можно раньше.
— Я бы хотел задать вам несколько вопросов.
— Пожалуйста.
— Вы давно партнеры? Вы и мистер Хуэрта?
Женщина продолжала стоять немного в стороне от мужчин, проводя зубьями расчески по ладони. Глаза ее были широко раскрыта.
— Я тебе велел одеваться, — напомнил ей Кастаньеда.
Рита хотела что-то возразить, но только коротко кивнула и ушла в спальню, неплотно прикрыв за собой дверь.
— Мы партнеры два года, — ответил Кастаньеда.
— Ладите друг с другом?
— Конечно. А что? — Кастаньеда упер руки в бока.
Дельгадо мгновение помолчал.
— Как по-вашему, есть у него враги? — спросил он бесстрастно.
Через неплотно прикрытую дверь спальни он видел, как Рита Кастаньеда подошла к туалетному столику.
— Если и есть, я о них не знаю.
— Вы не в курсе, он не получал угрожающих писем или звонков?
— Никогда.
За дверью снова мелькнуло цветастое платье. Взгляд детектива непроизвольно метнулся туда. Кастаньеда нахмурился.
— Нет ли людей, обиженных на вашу фирму?
— Нет.
Кастаньеда подошел к двери и плотно захлопнул ее.
— Мы занимаемся недвижимостью, — продолжал он, — а именно, жилыми помещениями. Проще говоря, сдаем квартиры.
— Никаких неприятностей с клиентами?
— Мы почти не общаемся с жильцами. Бывают иногда задержки с оплатой, но в таком бизнесе это обычное дело. Камня за пазухой никто не держит.
— Как вы считаете, ваш партнер умеет ладить с людьми?
Кастаньеда пожал плечами.
— Что означает ваш жест, мистер Кастаньеда?
— Ну, умеет или не умеет, кто знает? Он человек, как и любой другой. Некоторым нравится, некоторым нет.
— Кому он не нравится? — немедленно спросил Дельгадо.
— Если кто его и не любит, то не настолько, чтобы ломать ему кости.
— Понятно, — Дельгадо вежливо улыбнулся. — Спасибо за информацию, я вас больше не задерживаю.
— Хорошо-хорошо.
Кастаньеда подошел к двери и открыл ее для полицейского.
— Вы мне скажете, кто его избил, когда все выясните?
— Конечно.
Дельгадо вышел в холл, дверь за ним закрылась. Он услышал, как Кастаньеда крикнул: «Rita, esta lista?»[24]
Детектив прильнул к двери. Он слышал, как Кастаньеда очень тихо разговаривал с женой, но не мог разобрать слов. Только раз, когда Рита повысила голос, Дельгадо расслышал одно слово.
Это было слово «hermano», что по-испански означает «брат».
Время приближалось к двум часам дня, и в дежурке было очень тихо. Капек просматривал каталог известных полиции уличных грабителей в поисках чернокожей девушки по имени Белинда. Карелла только что прибыл и уселся с Брауном за длинный стол у окна, сдвинув в сторону оборудование для снятия отпечатков пальцев. Они принялись за обед из бутербродов с тунцом и кофе в картонных стаканах. За едой Браун ввел Кареллу в курс дела. Маршалл Дэйвис действительно занялся маской Белоснежки сразу, как получил ее, и с полчаса назад прислал заключение. Он сумел выявить только один четкий отпечаток большого пальца, оставленный на внутренней поверхности маски. Он немедленно послал его в секцию опознаний. Там ребята порылись в каталоге и, продравшись сквозь лабиринт дуг, петель, колец и шрамов, выудили карточку с именем Бернарда Голденталя.
Желтый листок прибыл в участок и лежал сейчас на столе перед Брауном. Оба сыщика внимательно изучали его.
«Желтой» карточка называлась по той причине, что копии с учетного бланка делались на желтой бумаге. Она, может, и не захватывала читателя, как хороший роман, но обладала своеобразной повествовательной мощью, выраженной в цифрах и сокращениях. Словом, карточка Голденталя читалась с интересом. Приближалась развязка.
