Стол был накрыт, ждали только Арсения, чтобы начать обедать. Он появился через двадцать минут – посвежевший, красиво подстриженный, гладко выбритый, благоухающий дорогим парфюмом. К неудовольствию матери, он наскоро поздоровался с гостями и ринулся на поиски Лизы. Долго искать не пришлось, она нарезала овощи для салата на кухне. Дуся хлопотала у плиты. Арсений предстал перед ними с широкой улыбкой:
– Как вы меня находите? Самое смешное, что мне самому нравится.
– Нереально красив, настоящий мачо! – с воодушевлением подтвердила Лиза. Она сразу раскраснелась, глаза у нее засияли.
– Так, Лизонька, сейчас же сними этот фартук, вы обе, слышишь, Дуся? Садимся вместе с гостями за стол. Я привез отличный коньяк и хочу распить его вместе с вами.
– Упаси бог, Арсений Сергеевич, что это вы придумали? – воспротивилась Дуся. – Зачем гневить вашу матушку? Ей это наверняка не понравится. Вам баловство, а для нас с Лизой – большие неприятности. Нет-нет, даже не просите. Вы лучше нас пораньше отпустите, мы уже уморились за день, сделайте такое одолжение. Так для всех будет лучше.
– Лиза, и ты мне отказываешь? – огорчился Арсений. – Я так хотел разделить с тобой свое хорошее настроение!
– Дуся права, не сердись, мне будет неловко с вашими гостями, хорошего настроения не получится.
– Тогда обещай, что завтра мы раздавим эту бутылочку, – сдался поклонник, завладев, однако, руками Лизы и привлекая ее к себе.
Ей неудержимо захотелось поцеловать его в губы, прижаться щекой к гладкой щеке – его лицо, несомненно, выиграло от салонных процедур, дышало свежестью и здоровьем.
– Обещаю, если ничего не случится, – прошептала она.
– Мы ведь увидимся вечером? Я приду с Рагдаем на дежурство, как вчера.
– Я буду ждать.
Лиза легко коснулась губами его губ, отстранилась, но вдруг увидела из-за плеча Арсения ухмыляющуюся физиономию Игоря. Он стоял в дверях, прислонясь плечом к косяку, руки в карманах, как будто давно наблюдал за происходящим.
– О, ради бога, я извиняюсь, что помешал, – благодушно поднял руки Игорь. – Хотел кое-что обсудить с тобой, Сеня. Поднимемся к тебе, ты не против?
Мужчины ушли. Из гостиной доносилось женское щебетание.
– Оставлю вас на секунду, – выделился голос Эллы Леонидовны. – Посмотрю, что у нас с горячими блюдами.
Радушное выражение лица она сменила на брезгливое, едва увидела Лизу.
– Ты можешь быть свободна, иди домой. Мне помощи Дуси вполне хватит. Да выходи черным ходом, через кухню, нечего перед гостями светиться.
– Куда же я пойду одна? Я Дусю подожду, – воспротивилась Лиза. – Мне страшно идти домой по безлюдной дороге.
– Ты мне свои капризы брось, – повысила голос Элла Леонидовна, – тоже мне цаца! Иди, пока светло, никто тебя не тронет, много о себе не воображай.
Лиза понурилась, спорить ей не хотелось, лучше всего было схитрить, зайти снова незаметно с парадного входа и затаиться в комнате на втором этаже до тех пор, пока Дуся не соберется домой.
Так она и сделала, вышла во двор через кухню, потом улучила момент и проскользнула через парадный вход на второй этаж. Закрылась в комнате, где все еще царил беспорядок. Делать Лизе было нечего, она собрала разбросанные подушки, задвинула ящики и прилегла на постель. Вдруг прямо у двери раздались мужские голоса – Игорь и Арсений задержались в коридоре, перед тем как спуститься к столу.
– Сеня, она вас водит за нос, – напористо убеждал Игорь, – прикидывается лохушкой, а сама маститого ученого может за пояс заткнуть. Может, посмеивается втихаря над нашими проблемами. Они ведь с Крымовым не просто теоретизировали, а занимались практическими исследованиями, Лиза была для него правой рукой.
– Брось, Игорь, – сопротивлялся Арсений. – Не может она быть такой обманщицей, она чистая, хорошая девушка. Я отказываюсь верить, спрошу лучше у нее, она не сможет сказать мне неправду.
Лиза похолодела: она раскрыта, Игорь выдал ее с головой! Совсем не так Арсений должен быт узнать правду. В страшной тревоге Лиза приоткрыта дверь и теперь в щелку могла наблюдать за собеседниками. Она видела, что Арсений взволнован, в то же время растерян и раздражен. Ему не нравился разговор, он порывался уйти, но Игорь удерживал его, заслонял проход. По мнению Лизы, Игорь проявлял больше прыти, чем требовала ситуация. Словно какая-то личная заинтересованность принуждала его нервировать друга. Случается, что и мужчины судачат, но у них, по наблюдениям Лизы, пересуды протекают более лениво, с вольными, порой скабрезными шутками, без той страстности в обсуждении чужой жизни, как это бывает у женщин.
Игорь же необъяснимо воодушевился, шипел в ухо Арсению, как склочная бабка на скамейке.
– А я тебе говорю – это она, – настаивал он. – Я сразу заподозрил, как только ее увидел. Однажды мне пришлось общаться с Крымовым, а он в Щербининой души не чаял, всюду таскал ее за собой, даже в столовую. Может, влюбился на старости лет, а она, почем знать, делала за его счет карьеру. Потому что иных благ из него выжать было нельзя. Старикан никогда не придавал значения материальной стороне жизни.
