– В чем дело? – спросила Шерри. Она коснулась меня, и прикосновение снова открыло что-то внутри меня. Райна метнулась назад в мой разум с силой, которая заставила меня завопить. Но на этот раз я сопротивлялась. Сопротивлялась, потому что не хотела видеть Шерри так, как ее видела Райна. Джейсону было бы все равно. Шерри было бы все равно. А вот мне – нет.
Вспышка ощущений: влажная от пота кожа; руки с длинными, покрытыми лаком ногтями на моих грудях; эти серые глаза, смотрящие на меня; рот – приоткрытый, слабый; светлые волосы до плеч на подушке. Райна снова сверху.
Я закричала и отдернулась от них обоих. Образы исчезли, как будто выдернули вилку из розетки. Я поползла по листве на четвереньках, плотно закрыв глаза. Наконец я села, подтянув колени к груди, спрятав лицо в коленках. Я сжимала веки так напряженно, что начала видеть перед собой белые змейки.
Я слышала, как кто-то двигался по шелестящей листве. Я чувствовала, как они склонились надо мной.
– Не трогайте меня! – Это вышло почти еще одним воплем.
Я услышала, как он, кто бы это ни был, опустился на колени в сухую листву, потом прозвучал голос Джамиля.
– Не буду. Тебя все еще мучают воспоминания?
Он не спросил, вижу ли я воспоминания. Я сочла формулировку странной. Я покачала головой, не открывая глаз.
– Тогда все кончилось, Анита. Если мунин ушел, он не придет снова, пока его не вызовут.
– Я ее не вызывала. – Я медленно подняла лицо и открыла глаза. Летняя ночь, казалось, еще потемнела.
– Это опять была Райна? – спросил он.
– Да.
Он опустился на колени так близко, как мог, не дотрагиваясь до меня.
– Ты разделила воспоминания с Джейсоном и Шерри.
Я не поняла, был ли это вопрос или утверждение, но ответила:
– Да.
– Все было как наяву, – сказал Джейсон. Он сидел, прислонившись к дереву голой спиной.
Шерри прижимала руки к лицу. Она заговорила, пряча лицо:
– Я остригла волосы после той ночи, после того, что она сделала со мной. Одна ночь с ней – это была цена за разрешение не участвовать в одном из их порнофильмов.
Плача, она отняла руки от лица.
– Боже, я чувствую запах Райны. – Она терла и терла руками джинсы, будто дотронулась до чего-то мерзкого и пыталась это оттереть.
– Что это было, черт? – спросила я. – Райна приходила и раньше, но не так. Были проблески воспоминаний, но не полноформатное кино. Никогда ничего подобного.
– Ты пыталась научиться управлять мунином? – спросил Джамиль.
– Только, чтобы избавиться от нее, от них, что бы это ни было.
Джамиль передвинулся ближе ко мне, изучая мое лицо будто в поисках чего-то.
– Если бы ты была лукои, я бы сказал тебе, что невозможно просто отбросить мунин. Если у тебя есть власть вызвать их, тебе придется научиться управлять ими, не только закрываться от них. Потому что от них нельзя закрыться. Они будут искать путь в тебя, через тебя.
– Откуда ты все это знаешь? – спросила я.
– Я знал вервольфа, она могла вызывать мунины. Она это ненавидела. Она пыталась закрыть им путь. Не получилось.
– То, что это не вышло у твоей подруги, не значит, что это не получится у меня. – Я ощущала его теплое дыхание на моем лице. – Отодвинься, Джамиль.
Он попятился немного, но все еще был ближе, чем мне бы хотелось. Он сел в листву.
– Она сошла с ума, Анита. Стае пришлось ее убить.
Его взгляд скользнул мимо меня в темноту. Я обернулась, чтобы увидеть, на что он смотрит. Две фигуры стояли во мраке. Одна была женщиной с длинными светлыми волосами, в длинном белом платье, будто персонаж фильмов ужасов 50-ых годов. Если иметь в виду жертву. Но она стояла очень прямо, очень твердо, словно уходила в землю корнями, как дерево. В ней было что-то почти до жути уверенное.
Мужчина рядом с ней был высоким, стройным, и достаточно загоревшим, чтобы казаться коричневым даже в темноте. Его короткие волосы были светлее, чем кожа. Если женщина казалась спокойной, то он выглядел возбужденным. Он изливал энергию вихрящимся ливнем, она струилась по моей коже и заставляла ночь казаться еще жарче.
– С вами все хорошо? – спросила женщина.
– Она разделила мунин с двумя из нас, – отозвался Джамиль.
– Я случайно это уловила, – немного удивленно проговорила женщина.
Я не удивлялась. Я встала на ноги, немного неустойчиво, но встала.
– Кто вы?
– Меня зовут Марианна. Я – варгамор этого клана.
Я вспомнила, что Верн и Колин вчера что-то говорили о варга-как-то-там.
– Верн упомянул о вас вчера ночью. Колин сказал, что вас оставили дома, чтобы сохранить в безопасности.
– Хорошую ведьму трудно найти, – сказала она, улыбаясь.
Я оглядела ее.
– Вы не ощущаетесь викканкой.
Она опять, я знала это, улыбнулась мне. Ее мирная снисходительность действовала мне на нервы.
– Ну что ж, тогда медиума, если ты предпочитаешь это слово.
– Я никогда не слышала слово варгамор до вчерашнего вечера, – сказала я.
– Его редко употребляют, – пояснила она. – У большинства стай больше нет варгамора. Это считается слишком старомодным.
– Вы не из лукои, – отметила я.
Ее голова склонилась набок, и улыбка исчезла, как будто я наконец совершила что-то заслуживающее внимания.
– Ты так уверена?
