− Моей матери нет.
− Ты уверена? Может, она до сих пор живет где-то. Ты же не знаешь где тебя подобрал Полак.
− Но я не могу! − возвыла Майли.
− И это правильно, Майли.
− Правильно? Как правильно?
− Не нужно делать выбора в подобном. Ты любишь Полака. Ты любишь свою мать, хотя и не встречала ее. Ты любишь и ее и его. И не нужно выбирать что-то одно.
− Я не поняла. Что ты хочешь сказать?
− Я хочу сказать, что ты должна думать обо всем сразу. О своей жизни, о Полаке, о жизни всех майли. Подумай обо всем и подумай, что ты можешь сделать? Если не для Полака, то для майли. Полак далеко от тебя, а майли здесь. Ты можешь уйти к ним, но среди них ты станешь такой же как все. Ты станешь среди них такой же как они. А если ты сейчас останешься здесь, ты получишь от людей множество знаний, которых нет у майли. Ты узнаешь все и придешь с этим знанием к майли. Придешь, что бы учить их, потому что тогда ты будешь уже взрослой.
− Но чему я смогу их научить?
− Ты сможешь рассказать майли о людях.
− Я разочаровалась в людях. Они ненавидят нас.
− Ты слушала детей, Майли. Детей тех людей, которые ведут войну с майли. Ты не могла от них услышать ничего другого. Они повторяют слова взрослых, подчас преувеличивая их.
− Но они хотят нас убивать.
− Они хотят этого, потому что их так учат. Потому что между майли и людьми идет война. Что бы эта война закончилась, надо перебороть всю ненависть людей и майли друг к другу. Понимаешь? Это очень сложная задача и если ее не решить, все закончится очень плохо. И это плохо будет, скорее всего, для майли, а не для людей. Но и люди потеряют не мало в этой войне.
− Я не знаю, как можно так относиться к врагам. Люди ведь враги майли. Я это поняла, Ирмариса.
− Тебе то же самое говорили твои сородичи и ты не верила.
− Но почему?! Я не хочу так!
− Поэтому тебе и надо быть среди людей.
− Почему?
− Ты сможешь влиять на них.
− Как влиять?
− Представь себе, что ты найдешь среди людей новых друзей и сможешь их убедить в том, что майли могут быть друзьями людям. Ведь майли могут быть друзьями людям. Ты это знаешь абсолютно точно.
− И что после этого?
− После этого будет жизнь, Майли. Один человек говорит с другим, передавая информацию. Ты научила одного, он научит другого. В конце концов, среди людей появится целая группа тех, кто будет считать, что война с майли им не нужна. А когда они получат подтверждения подобных настроений среди майли, появится совершенно новая тенденция к прекращению войны. К прекращению не с победой или поражением, а к прекращению с миром. Помнишь, а говорила тебе о взаимопонимании. Когда оно достигнуто…
− Я поняла! − взвыла Арлемайрана, вскакивая. − Я поняла! Я поняла! Я поняла! − завыла она снова и запрыгала по траве. Майли подскочила к Ирмарисе и легла рядом радуясь. Она свалила ее и вылизала с ног до головы прямо в одежде, отчего та стала совершенно мокрой. − Ой, извини… − сказала она, увидев это.
− Все в порядке. Майли. − ответила Ирмариса, улыбаясь. − Я ведь Горный Бог. − Ирмариса переменилась и ее одежда вновь стала совершенно сухой.
− Ты совсем не такая, как все. − сказала Арлемайрана.
− Ну и как, Майли? Что теперь ты хочешь?
− Я хочу, что бы ты мне помогла. Ты все знаешь, а я ничего не знаю.
− Я тебе помогу, Арлемайрана. − ответила Ирмариса. − Знаешь, где мы сейчас с Сандрой живем?
− Где?
− В детской колонии.
− А это что?
− Это место, куда сажают детей. Детская тюрьма.
− Вы что-то сделали плохое?
− Мы сделали это специально, что бы попасть в колонию. Просто берешь правила людей, где говорится − не укради. Идешь на глазах и тащишь на глазах у всех пирожок к лавки. Тебя ловят и отправляют в колонию, где учат, что воровать нельзя.
− Ты же это знаешь.
− Я это знаю, но для дела иногда требуется побыть в тюрьме.
− Не понимаю. Зачем?
− Помнишь? Меня ведь убили.
− Да. Но тогда…
− Я стала совсем другой, Майли. Мы с Сандрой теперь выглядим как две дентрийские девчонки. И нас зовут Ирса и Мари.
Ирмариса объяснила Арлемайране многое. Они проговорили до самого вечера, а вечером Ирмариса отправила Арлемайрану обратно в приют.
Они приехали к нему на машине и подъехали ко входу. Таксист принял от Ирмарисы деньги и уехал, оставив женщину с девчонкой около парадного входа.
Из приюта выскочило несколько взрослых человек.
− Стоп-стоп-стоп! − выкрикнула Ирмариса, закрывая Арлемайрану рукой.
− Вы не имеете права ее задерживать. − проговорил директор.
− А я ее не задерживаю. − ответила Ирмариса. − Мы уже обо всем поговорили и я требую, что бы вы не пытались заставлять ее отвечать за мои действия. Она все поняла, что я ей сказала, и у вас не будет с ней никаких проблем.
− Тогда, почему вы ее держите?
− Я жду ответа на свое требование.
− Никто не будет спрашивать с нее за вас. − ответил человек.
− Иди, Майли. − сказала Ирмариса.
− Почему вы называете ее Майли?
− Потому что ее настоящая фамилия Майли, если вы этого не знаете. − ответила Ирмариса.
− У нас записана другая фамилия.
− Я не думаю, что в законе есть статья, по которой нельзя изменить фамилию ребенка в бумагах. − ответила Ирмариса. − Надеюсь, вы потрудитесь и сделаете это…
