Голубой лабиринт полностью

Мысль о том, что она собирается сделать — куда она собирается пойти — заставляла сердце Марго неистово колотиться в груди. Она намеревалась спуститься в то самое место, которое пугало ее больше всего на свете. Столкнуться лицом к лицу с тем, что будило ее посреди ночи, из-за чего она плакала и обливалась холодным потом. После всего, что она пережила, она больше не могла приходить в музей без пузырька ксанакса[154] в сумочке. Марго собиралась принять ксанакс, как только придет в музей, но в последний момент передумала: ей следовало до последнего оставаться бдительной, и лекарство она решила принять, только если и впрямь впадет в панику. Чувствуя, что тревога накатывает на нее, Марго начала делать медленные и глубокие вдохи, заставляя себя сосредоточиться на малых, ближайших шагах, а не на всей задаче в целом. Она приняла решение, что будет все делать по порядку, шаг за шагом.

Еще один комплекс длинных глубоких вдохов, и вот настало время действовать.

Выскользнув из алькова после того, как во время очередного обхода охранник прошел мимо, Марго прокралась по коридорам до ближайшего грузового лифта и вставила свой ключ в гнездо. Хотя это был ключ низкого уровня доступа, Фрисби уже прислал ей письмо с просьбой вернуть и его. Но она получила этот ключ только сегодня днем и решила, что у нее есть хотя бы сутки до того, как напыщенный осёл сделает из этого проблему.

Лифт кряхтел и скрипел, прокладывая путь вниз к тому, что называлось Зданием шести подвальных хранилищ — анахронизм[155], учитывая, что все здания (в том числе и музей) теперь были связаны между собой в единый запутанный лабиринт. Двери открылись, и в воздухе тут же послышался знакомый запах нафталина, плесени и старых вещей. Эта вонь возникла так внезапно, что тревога горячей волной прокатилась по телу Марго, напоминая о тех временах, когда она подверглась преследованию в этих самых коридорах.

Но это случилось давно, и все эти ее страхи можно было классифицировать как фобии. Здесь не было ничего, что угрожало бы ей сейчас, разве что заблудший сотрудник музея потребует ее удостоверение личности.

Сделав несколько стабилизирующих вдохов, Марго вышла из лифта. Открыв дверь в Здание шести хранилищ, она спокойно прошла по длинным тусклым проходам, увешанным лампочками в клетках, прокладывая себе путь к Ботанической коллекции.

Пока все шло хорошо. Она вставила ключ в помятые металлические двери главной Ботанической коллекции и обнаружила, что он все еще работает. Дверь открылась на смазанных петлях. Комната, лежащая за ней, была погружена во тьму, и Марго достала мощный налобный светодиодный фонарь, который припрятала в сумке. Надев его на голову, она решительно шагнула внутрь. Темные ряды шкафов растянулись перед ней, исчезая во тьме, а спертый воздух еще сильнее запах нафталином.

Марго вдруг замерла. Ее сердце заколотилось в груди так сильно, что она почти не смогла дышать. Приложив руку к груди, она попыталась восстановить самообладание и побороть приступ иррационального страха. Несмотря на все, что она говорила сама себе, запах, темнота и странные звуки снова вызывали в ней панику и всепоглощающий ужас. Успокаивающие вдохи больше не помогали, поэтому она перестала концентрироваться на них и делала теперь каждый шаг, повинуясь исключительно голосу разума.

«Шаг за шагом». Подбадривая себя, она сделала шаг вперед, во тьму, а затем другой. Теперь она должна была закрыть за собой дверь — неразумно было бы оставить ее открытой. Марго повернулась и легко закрыла ее, блокируя тот незначительный свет, что лился из коридора.

Снова развернувшись, она посмотрела прямо перед собой. Хранилище гербария располагалось в дальнем конце комнаты. Полки, содержащие стабилизированные в жидкости растения, поднимались в темноте вокруг нее — так называемые мокрые коллекции — и, подобно узким проходам, уходящим в двух направлениях, исчезали во мгле.

«Давай, вперед», — скомандовала Марго сама себе. Она направилась по проходу, что находился по левую руку от нее. По крайней мере, эти образцы не смотрят на нее из темноты, как скелеты динозавров и чучела животных в некоторых других помещениях хранилища. Ботанические образцы не страшные.

И все же это «смягчающее обстоятельство» не могло успокоить ее: однообразие этого места, его узкие проходы, выглядящие одинаково, сверкающие бутыли, которые иногда напоминали множество глаз, смотрящих на нее из темноты — все это нагоняло на нее иррациональный ужас.

Марго быстро миновала проход, повернула направо, прошла еще немного, свернула налево, а потом еще раз направо, двигаясь по диагонали в дальний угол. И почему эти хранилища сделали такими запутанными?

Через мгновение Марго вдруг остановилась. Она что-то услышала. Гулкий звук от ее поступи изначально скрыл это, но теперь она была уверена, что все же что-то слышала.