— Думала, что Филч сольется? — заинтересовался Рон.
— Да, если честно, — не видела она в Эрмии идейного бойца. — Без осуждения. Он все же сына потерял.
— Иных потери только закаляют, — выдал очередную свою пустую мудрость Аластор.
Она пожала плечами. Какие отношения складывались между двумя Филчами в последнее время знать она не могла. Может, не так уж и разбит был Эрмий смертью бесталанного отпрыска. Может, его вообще больше задело покушение Воландеморта на его бизнес, поди пойми этого желчного старикашку. Но Дамблдора он взялся поддерживать весьма активно, судя по тем обрывкам информации, что до неё доходили.
— Аврор Грюм, вы будете есть? — Рон поставил на плиту кастрюлю и включил газ. — Уверяю вас, суп не отравлен. Можем проверить на Гермионе, если хотите.
Он обернулся, улыбаясь, она цокнула и отодвинула стул из-за стола, чтобы сесть.
— Давай свой суп сюда. Все равно я не смогу уснуть, пока вы тут заседаете.
— Шла бы в гостевую спальню, если мы так мешаем.
Аластор молча повторил маневр за ней.
— Там так пусто, что эхо гуляет.
— Вот это неудобство!
— По части претензий к неудобствам не тебе меня отчитывать, — уколола она его, хотя Рон уже давно перерос свои подростковые капризы.
— Какой хоть суп? — не выдержал и влез в их перебранку Грюм.
Кажется, она впервые за все два времени увидела, как Аластор что-то ест. Нет, на Крауча в его обличии, обедающего за столом в Большом зале, Гермиона, конечно, не раз обращала внимание, но это не считалось. Такая себе причина для того, чтобы не выспаться, но действительно новое впечатление.
Следующее заседание Ордена было назначено на раннее утро, из-за чего она и не хотела полуночничать, но как уж вышло. Да и это было больше организационное собрание, направленное на координацию новичков, то есть их с Мародёрами и Эванс, чем что-то действительно серьезное. Блэк, понятное дело, рвался в бой, а, судя по оживленному разговору, который они вели с Джеймсом, когда прибыли, Поттер тоже был не прочь надрать задницы воландемортовским прихвостням. Да и все остальные находились на эмоциональном подъеме: благодаря организации, несмотря на усилия Лорда, удалось откупиться малой кровью или вовсе предупредить ещё несколько атак. Только Люпин улыбался слегка натянуто — их противниками опять были оборотни.
Гермиона на передовую не рвалась, да и никто её туда не отпустил бы. Но как работник, так сказать, тыла, свои обязанности уже выполнила в полном объеме: принесла сваренные зелья. С ревностью заметив, что Медоуз присовокупила их к чужим пузырькам — от Филча, понятное дело, чтобы раздавать «агентам» лекарства и прочие средства по надобности. К слову, они опять прибыли в дом Доркас. Несмотря на весь авторитет Грюма, сейчас именно она являлась прямым заместителем Дамблдора в Ордене и занималась организационными вопросами, до которых у директора не доходили руки из-за общей загруженности.
— Мистер Филч сообщил, что аконит будет к пятнице, — оповестил её Лонгботтом, который тоже присутствовал в доме, пока она разбиралась с новым «заказом», переданным ей Медоуз.
Он находился тут то ли как ещё один новичок, ждущий приказов, то ли уже как их координатор. Что было бы не лишним: в руководстве тот же Блэк явно нуждался. Энтузиазма у него было через край, а вот что, собственно, делать, он явно не понимал.
— Спасибо, аврор…
— Фрэнк, — усмехнулся он. — Мне этот официоз уже на работе надоел.
Его старшую версию она не знала и знать не могла. Но с тем, кого она как-то увидела в Мунго, этот простой и позитивный, но уверенный в себе мужчина совсем не ассоциировался.
— Ладно, Фрэнк, — Гермиона тоже улыбнулась и наклонила голову. — Мия.
— C’est un plaisir de vous rencontrer!
Кажется, Лонгботтом знал французский. А она к этому моменту не практиковала язык уже целый год, не особенно утруждая себя в поддержании легенды. Улыбка стала натянутой, как у Люпина, но Гермиона всё же сориентировалась и ответила Фрэнку что-то нейтральное. Вряд ли, конечно, он собирался проверять на ней свои навыки при всех, чтобы никого не смущать, но, видимо, теперь ей стоило держаться от него подальше просто на всякий случай.
— О, французский, — то ли усугубил, то ли спас положение Джеймс. — Лилс все грезит Парижем.
Или просто нашел повод поддержать диалог. До сих пор гостиная была погружена в неловкое молчание, не считая их лаконичных переговоров с Доркас.
— Лили, — раздраженно поправила его Эванс. — И ничем я не грежу. Сейчас не до этого.
— Правда? — у Поттера была совершенно обворожительная улыбка. Ясно, что находили в нем девушки. — Но ведь ты только вчера рассказывала мне…
— Ты, кажется, хотел сходить по своим делам, — перебила его Лили, хмурясь, но, скорее, игриво, чем реально сердясь на него.
— Ладно-ладно, — он махнул друзьям и покинул комнату. Видимо, просто отошел в уборную.
